Список форумов Севастополь.ws
Севастополь.ws   |   FAQ   |   Правила   |   Поиск   |   Пользователи   |   Регистрация
Личные данные   |   Войти и проверить личные сообщения   |   Вход

О крымских татарах: исторические исследования
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Создать   Ответить на тему    Список форумов Севастополь.ws -> Общественно-политический
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Sevdig
Адмирал
Адмирал



Возраст: 49
Пришёл: 02.04.2003
Сообщения: 4583
Откуда: Подземный Севастополь
Личное сообщение
Профиль      Сайт

Прямая ссылка на это сообщение Пн, 19.02.2007, 12:04             цитировать    

Является ли высылка татар из Крыма геноцидом? – мнение эксперта

Симферополь, Февраль 19 (Новый Регион – Крым, Андрей Дорофеев) – Президент Ющенко распорядился создать рабочую группу, задача которой – в кратчайшие сроки доработать проект закона «О восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку». Ранее крымско-татарский курултай (нелегальный «национальный съезд») обратился к Верховной Раде Украины с просьбой признать актом геноцида переселение татар Крыма, проводившееся в 1944 году. Версия о геноциде – один из элементов обоснования права татар на национальную государственность. Одним из юридических «камней» в фундаменте такой государственности может стать лоббируемый президентом закон. О том, можно ли квалифицировать переселение татар, как геноцид, и если да, то какие шаги в первую очередь должна предпринять власть, читайте в интервью «Новому Региону» политолога Виктора Харабуги.

«Новый Регион»: Давайте для начала разберемся, есть ли правовое определение понятия «геноцид».

Виктор Харабуга: Геноцид признан международным правом тягчайшим преступлением. ООН в 1948 году приняла Конвенцию «О предупреждении геноцида и наказании за него». В международном праве это понятие означает «действия, совершаемые с намерением уничтожить полностью или частично какую либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую».

В соответствии с Конвенцией, геноцид это:

А) убийство членов такой этнической группы;

Б) причинение серьезных телесных повреждений или умственного расстройства членам такой группы;

В) предумышленное создание для членов какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное ее физическое уничтожение;

Г) меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой группы;

Д) насильственная передача детей из одной человеческой группы в другую.

Примером геноцида является истребление 1,5 миллионов армян властями Оттоманской империи. Гитлеровская Германия возвела геноцид в ранг государственной политики. Только в Восточной Европе было уничтожено около 12 миллионов лиц славянского и еврейского происхождения. После II Мировой войны многие конфликтующие стороны обвиняли друг друга в геноциде. Так арабские государства обвиняли Израиль в геноциде против арабского населения. СССР обвинял США в проведении политики геноцида во многих частях мира, в частности, во Вьетнаме. Аналогичные обвинения США предъявляли Советскому Союзу по поводу Афганистана. Взаимно обвиняли друг друга в геноциде Азербайджан и Армения, конфликтующие стороны в бывшей Югославии. Опыт показывает, что участники любого этнического конфликта, как правило, пытаются навесить на своего противника это обвинение.

Но мировое сообщество далеко не всегда признает правомочными эти обвинения, ведь для их подтверждения требуется расследование и выводы международного суда. В нашем случае, авторы обращения в Верховную Раду (делегаты курултая, – ред.), не утруждая себя доказательствами, предлагают на уровне закона признать данный факт. Видимо их вдохновило недавнее признание голодомора актом геноцида.

«НР»: Раз есть четкое международно-правовое определение, можно соотносить с ним факты, известные о переселении татар.

В.Х.: В высказываниях лидеров татарского национального движения мы не видим никаких доказательств того, что действия совершенные по отношению к указанной группе подпадают под правовое определение геноцида.

Давайте посмотрим, имел ли место геноцид на всех этапах акции спецпереселениия: первый этап – сам момент выселения татар из Крыма, второй этап – транспортировка в места высылки и, наконец, третий – пребывание крымского контингента в местах спецпоселения.

«НР»: Еще живы многие крымчане. помнящие момент выселения татар. Что они свидетельствуют по этому поводу?

ВХ: Дело в том, что никто из лидеров меджлиса-курултая, ни одна государственная институция или общественная организация не привели ни одного факта, соответствующего хотя бы одному пункту международно-правового определения геноцида, которые имели бы место на территории Крымской АССР в момент выселения. Нет сообщений о массовых убийствах, о местах массовых захоронений, нет сведений о целенаправленном разделении семей, изъятии детей из этой группы и т.п. Только один раз, несколько лет назад в репортаже одной из татарских журналисток прозвучало утверждение, что выселяемых татар топили вместе с баржами в Азовском море. Но никаких документальных данных по этому поводу нет.

Следовательно, говорить о том, что на территории Крыма проводилась политика геноцида, нельзя.

«НР»: Может быть это тоже хитрость «режима»? Из пункта «А» в пункт «Б» выехали спецпереселенцы, а сколько их доедет, может остаться незамеченным.

В.Х.: По архивным данным НКВД, опубликованным в последнее время, в момент прибытия на спецпоселение было учтено 228 тысяч 392 человека, выселенных из Крыма. Помимо татар в их число входят греки, армяне, болгары и представители других национальностей. Умерли в пути следования 191 человек. В основном, от болезней. Каких либо других данных о массовой гибели людей – о расстрелах, массовой голодной смерти, об эпидемиях, никем не приведено. Кстати, эти факты весьма легко проверяются и удивительно, что до сих пор национальное движение татар Крыма не потребовало от Службы безопасности Украины и Узбекистана, которые располагают такими документами, сообщить факты: фамилии комендантов этих поездов, фамилии командиров охранных отрядов, количество людей, погруженных в поезда и выгруженных на конечных станциях. Все это легко установить.

Все эти сведения были в документах НКВД и носили закрытый характер. Их подлинность легко проверяема, они не были пропагандистскими материалами, данные в них не искажались. Численность указывалась точно, поскольку, комендант каждого поезда нес персональную ответственность за полученных им в Крыму граждан и отчитывался за каждого в пункте прибытия. Поэтому говорить о какой-то подделке здесь не приходится.

Зато документально зафиксировано, что все поезда сопровождались медработниками, спецконтингент обеспечивался питанием по нормам военного времени для гражданских лиц, обеспечивался провоз личного имущества в определенном объеме.

Вообще-то, для того периода массовое перемещение граждан не было чем-то необычным. Более 20 миллионов человек убыли в эвакуацию. Причем, они подчас оказывались в более жестких условиях, чем спецпереселенцы, потому что грузились в поезда и ехали под бомбами. И кстати, ущерб, понесенный гражданами СССР, отправившимися в эвакуацию по государственным разнарядкам, не компенсировался.

«НР»: А в то же время существовали документы советских органов власти о выплате компенсации татарам за утерянное в результате переселения имущество.

В.Х.: Да, было и такое. Конечно, эта компенсация была неадекватна потерям, но сам факт показателен в свете проблемы, которую мы обсуждаем.

«НР»: Но, может быть, расчет был на то, что компенсацию некому будет выплачивать?

В.Х.: Я уже приводил документально обоснованную цифру потерь при переселении – 191 человек. Других данных, подтвержденных документально, никто до сих пор не привел.

Если же действительно в пути следования спецпереселенцев по отношению к ним осуществлялась практика геноцида, то стоит отметить, что данное преступление не имеет срока давности. Мы говорим о периоде 1944-го года – многие участники тех событий еще живы. Если у кого-то есть доказательства геноцида, то тогда давайте искать тех конкретных сотрудников НКВД, комендантов поездов, командиров охранных отрядов, виновных в преступлении, и привлекать их к ответственности. Сторона, которая высказывает обвинения, берет на себя и обязательства по предоставлению доказательств. Если таких фактов нет, то это клевета.

«НР»: Из вышесказанного следует, что татар выселили и довезли почти без потерь. Может быть геноцид проводился в местах спецпоселения?

В.Х.: Основную массу спецконтингента выселили в Узбекистан. Если там осуществлялся геноцид, возникает вопрос: кто исполнитель этого преступления? Войска НКВД, советские и партийные органы Узбекистана, которые действовали, исполняя директивы Центра, и отвечали за размещение спецконтингента, трудоустройство, снабжение продуктами питания, предметами первой необходимости и так далее? Если на территории Узбекистана и других республик имел место факт геноцида, то и тут можно найти конкретных преступников, которые должны до конца жизни преследоваться во всех странах мира.

Если внимательно читать все заявления, которые прозвучали в меджлисовской прессе, там не приводится ни одного факта, имевшего место на территории Узбекистана, который можно было бы квалифицировать, как акт геноцида. Не названа ни одна фамилия кого-либо из работников НКВД, советских и партийных органов, непосредственно участвовавших в осуществлении геноцида. Но ведь в случае расследования преступлений фашистов, мы знаем конкретные фамилии командиров зондер-команд и даже рядовых преступников. Если в советских республиках имело место преступление, то кто преступники?

Спецпереселенцы размещались в основном в сельской местности, в кишлаках, колхозах, совхозах, рабочих поселках, они проживали бок о бок с местными жителями. Как для узбеков, так и для спецпереселенцев уровень жизни был единый, единые цены на продукты и предметы потребления, единые пайки. Медицинская помощь узбекам и спецпереселенцам также оказывалась в одних и тех же здравпунктах, больницах и роддомах, дети обучались в общих учебных заведениях.

Спецпереселенцы не были ограничены в политических правах: они могли избирать и быть избранными, многие оставались членами или были приняты в правящую Коммунистическую партию или в комсомол.

В общем-то, не было ограничений даже в отправлении религиозного культа. Спецпереселенцы молились в тех же мечетях, что и узбеки. Здесь ограничения были общего характера, касавшиеся всех советских граждан, независимо от их этнической принадлежности.

Впоследствии, как свидетельствуют факты и даже воспоминания самих крымских татар, они могли поступать в средние и высшие учебные заведения. Это не ограничивалось ничем, кроме места проживания. Если в районе спецпоселения был техникум, то никто не запрещал в него поступать. А в последствии многие татары получили научные степени, заняли видные руководящие посты, в том числе в партийных и советских органах.

Кстати, эта картина разительно отличается от тех условий, в которые попали граждане США японского происхождения. 19 февраля 1942 года по чрезвычайному указу президента Рузвельта №9066, около 120 тысяч человек без суда были вывезены с тихоокеанского побережья в центральные, в основном, пустынные, районы страны. Они жили в условиях лагерей с вышками, вооруженной охраной и колючей проволокой. Следует ли в этом случае считать, что президент Рузвельт проводил политику геноцида? Только в 80-х годах XX века комитет Конгресса США принял документ, которым признал эти действия «политической ошибкой». Следует ли привлекать правительство США, начальников лагерей и командиров охранных подразделений к ответственности, как исполнителей геноцида, вычеркнуть Рузвельта со скрижалей истории, как борца за демократию и приравнять его к Гитлеру?

Во время Второй мировой войны политика депортации или интернирования была достаточно распространенной, ее применяли не только СССР и США, но и многие другие государства. Единственным существенным отличием советской политики было то, что и после войны людей закрепляли на определенной территории, на которую их переселили. Это было ограничение в передвижении по территории государства определенных категорий граждан. Были спецкомендатуры, в которых переселенцы должны были регулярно отмечаться. Эту практику можно называть «политической ошибкой» или как-то еще, но она не подпадает под международно-правовое определение геноцида.

«НР»: Тем не менее, стоит приехать в Крым очередной съемочной группе какого-нибудь центрального телеканала, как без труда находится бабушка или дедушка, которые на камеру рассказывают о том, как «люди на моих глазах умирали тысячами»…

В.Х.: В основе правовых решений должны лежать достоверные факты. А мы можем сделать вывод, что нет документальных фактов о том, что в течение всех трех периодов выселения в отношении татар Крыма осуществлялся геноцид. Ни при выселении, ни при перевозке, ни в местах высылки не было массовых убийств, массового причинения телесных повреждений или умственного расстройства, нет документов и иных доказательств о создании для татар таких жизненных условий, которые были направлены на их полное или частичное вымирание. Нет фактов, говорящих о применении мер, рассчитанных на предотвращение деторождения. Такими мерами могут быть, например, стерилизация граждан или разделение семей. Факты говорят об обратном. Есть постановление НКВД от 21 июля 1944 года о воссоединении разрозненных семей крымских татар. Есть директива НКВД от 9 августа того же года о соединении семей крымских татар, болгар, греков и армян. Это говорит о том, что правительство СССР не ставило задач, которые подпадают под пункт «г» Конвенции ООН о предотвращении геноцида.

Нет фактов насильственной передачи детей из одной человеческой группы в другую. Мы не говорим о сиротах, которые попали в детский дом, мы говорим о целенаправленном изъятии детей, имеющих родителей, из татарской среды и передаче их в другую среду. Естественно, нет данных и о том, кто конкретно этим занимался.

Получается, что авторы обращения курултая, которое может перерасти в законопроект, не утруждают себя доказательствами, а просто предлагают на уровне закона признать факт геноцида. Они даже не пытаются указать хронологические рамки осуществления геноцида. А ведь нужно указать с какого по какой год, по какой месяц это происходило. Временные рамки геноцида определяются датами принятия конкретных документов или реальными действиями, которые четко фиксируются. Допустим, с 1944 года по 1953 год, или по 1960 год…

Инициаторы закона говорят в общем: геноцид осуществлялся «в условиях тоталитарного режима». А что это за режим такой? Понятие «тоталитарный режим» не является правовым определением, нет правовых параметров, по которым какой либо режим можно было бы отнести к тоталитарному. Это политологический термин, к тому же, целые группы политологов спорят по его содержанию, и некоторые из них вообще отрицают понятие «политический режим» как таковое. Соответственно, неправовое определение не может звучать в правовом документе – в законе Украины.

На мой взгляд, нельзя принимать законодательное решение по такой сложной проблеме, квалифицируя ее на чисто эмоциональном и декларативном уровне. Желательно, хотя бы для начала увидеть результаты работы, которая ведется различными группами национального крымско-татарского движения, рассмотреть их документы на уровне крымского парламента, затем, на уровне украинского и только после этого принимать решение.

«НР»: Как же тогда можно квалифицировать то, что произошло с татарами?

В.Х.: Эту политику скорее надо рассматривать, как политику насильственного переселения этнической группы на определенные территории, но не как политику геноцида. То есть, люди лишались права проживания в местах прежнего обитания, ограничивались в передвижении, теряли часть имущества, ухудшался их уровень жизни, они подчас лишались возможности занимать руководящие посты, не могли, например, получить престижное образование в Москве или Ленинграде, однако все эти действия не подпадают под определение геноцида. Соответственно, людей, подвергавшихся этой политике нельзя считать жертвами геноцида.

После снятия ограничений они широко выдвигались на руководящие посты, сливались с местной элитой, получали ученые степени, а еще позже преуспели в области бизнеса и политики. Тем более, нельзя считать жертвами геноцида потомков этих граждан, которые ни в какой мере не испытывали ограничений по этническому признаку.

«НР»: Понятно, что татарская политэлита вот так вот запросто от версии геноцида не откажется. Как поставить точку в этом споре?

В.Х.: Одна из сторон активно доказывает версию о геноциде и очевидно преследует здесь политическую цель: под предлогом реабилитации жертв геноцида добиться создания в Крыму татарского национального государства. Эта цель всегда выдвигалась татарским национальным движением и ее никто не скрывает.

Чтобы прекратить спор, нужно осознать, что речь идет об одном из страшнейших преступлений. Соответственно на обвинения должны реагировать и государственные органы. Допустим, при комитете Верховной Рады по правам человека и делам национальностей должна быть создана специальная комиссия, которая разошлет запросы в архивы, обратится к СБУ, к властям Узбекистана и других бывших республик СССР, где находились спецпоселения татар Крыма, с тем, чтобы не только установить факты геноцида, но и имена конкретных исполнителей, которых надо судить. Государство просто обязано это сделать, если оно декларирует свое стремление к демократии. Если обвинения в преступлениях обоснованы, преступники и преступные организации должны быть установлены и наказаны. Повторюсь – многие участники тех событий еще живы.

И крымский парламент обязан на одной из ближайших сессий создать комиссию по расследованию данных обвинений. Давайте соберем все имеющиеся документы, изучим свидетельства очевидцев и установим, либо опровергнем факт геноцида.

На мой взгляд, такая комиссия должна состоять из юристов, правозащитников, представителей разных политических сил. И она должна определиться: был ли геноцид на территории Крыма, в пути следования и в местах спецпоселения. Поскольку речь идет и о других государствах, такая комиссия должна будет обратиться к правительству Украины с просьбой осуществить международное расследование. Ведь надо обращаться к правительствам Узбекистана, Киргизии, Туркменистана, Российской Федерации и других республик бывшего СССР. СБУ обладает огромными архивами. Надо запросить, располагают ли они документами и могут ли указать, в каких именно кишлаках, поселках и колхозах осуществлялся геноцид и кем конкретно.

Территории высылки не подвергались нападению фашистских захватчиков, архивы не сгорели, все документы есть, их только надо изучить, чего никто до сих пор не сделал.

И если такая комиссия докажет факты геноцида, поскольку это преступление не имеет срока давности, надо объявлять в международный розыск преступников. Может они пенсии какие-нибудь особые до их пор получают, партийные, военные, депутатские… Справедливость должна восторжествовать, но она должна не на уровне лозунгов декларироваться, а быть доказанной.

Хотелось бы особо обратиться к председателю комитета Верховной Рады Украины по правам человека Леониду Грачу, для которого создание такой комиссии является его священной обязанностью. Она должна прийти к определенному выводу: снять напряжение в обществе, и расставить все точки над «i»: либо потребовать наказания преступников, либо сказать, что геноцида не было.

Если же власти откажутся от этого, то за дело должны взяться нетатарские общественные организации на уровне юристов, ученых, историков, и провести собственное расследование, чтобы определить, проводилась ли политика геноцида.

Кроме того, любопытно было бы обратиться к правительству США и получить весь комплект документов о том, как они решили аналогичную проблему с выселением японцев. В мировой практике принят принцип прецедента. Иначе получается, что если аналогичные действия на территории США, это «политическая ошибка», то на территории других стран – это уже геноцид.

«НР: А есть ли опыт решения подобной проблемы в других постсоветских государствах? Ведь выселяли не только с Украины и не только татар.

В.Х.: Насколько мне известно, ни одна из бывших советских республик не квалифицирует акты спецпереселения, как геноцид. Более того, некоторые республики не ликвидировали последствия спецпереселения. Например, выселенные из из Грузинской ССР турки-месхетинцы до сих пор не возвращены на места своего прежнего проживания – в демократическую Грузию. Даже после «революции роз» ее лидер президент Саакашвили не поставил вопрос о квалификации высылки турок-месхов, как политики геноцида.

В завершении разговора, хотелось бы отметить, что обращение к трагическому опыту прошлого должно быть максимально осторожным, тщательно выверенным и не носить пропагандистский характер, и не быть направлено на получение каких-то политических преференций. Иначе, призывы к восстановлению «исторической справедливости» приведут уже сегодня к новому витку обострения межнациональных отношений.

Справка:

После нападения японской авиации на Перл-Харбор в США были интернированы и выселены также и американские японцы (кстати, как и советские немцы, не давшие особых поводов для обвинений в нелояльности новой родине): 120 тыс. японцев, проживавших на востоке страны, вывезли на запад, ограничив при этом срок их пребывания в местах спецпереселения четырьмя годами.

15 декабря 1941 года конгрессмен Джон Ранкин заявил: «Я за то, чтобы схватить всех японцев в Америке, на Аляске и Гавайях и бросить их в концентрационные лагеря!»

Между тем данные американской контрразведки свидетельствовали о том, что американские японцы в своём подавляющем большинстве сохраняли верность американскому флагу, не отличаясь по своим настроениям от других расовых и этнических групп США. Даже глава ФБР Эдгар Гувер, известный своей подозрительностью, считал, что община американских японцев не представляет угрозы безопасности США.

Однако логика войны была иной.

19 февраля 1942 года президент США Франклин Делано Рузвельт подписал Чрезвычайный Указ № 9066, санкционировавший выселение и последующее заключение этнических японцев без суда и следствия.

Указ обосновывался интересами безопасности страны. Власть военных распространялась, таким образом, и на гражданских лиц. Как следствие этого Указа, по стране было создано 10 концентрационных лагерей для спецпереселенцев. В основном, они размещались вдалеке от западного побережья, дабы обезопасить Соединенные Штаты на случай возможного вторжения с океана. Арканзас, Айдахо, Вайоминг, Техас – лагерная география была обширна.

Этническим японцам военная администрация приказала прибыть на сборные пункты. На сборы дали четыре дня. Нажитое имущество и дома продавались японцами за бесценок или просто в спешке были оставлены на произвол судьбы. Сначала японцев свозили на так называемы сборные пункты, затем – в лагеря. Было выселено и посажено в концлагеря более 120 тысяч этнических японцев. Все, включая детей, женщин и стариков.

Две трети заключённых были американскими гражданами, остальные имели легальный вид на жительство в США.

Случаев бегства или сопротивления не зафиксировано.

Три человека пытались оспорить правомерность насильственного выселения и заточения в Верховном суде США, но потерпели поражение.

Японцам, работающим в концлагерях в мастерских по пошиву солдатского обмундирования платили зарплату –примерно в половину суммы от средней зарплаты на воле. Семью старались не разделять, как правило, семья японцев в общем бараке занимала отдельный кубрик. Кормили в соответствии с армейским рационом.

Однако жизнь в лагерях с романтичными пасторальными названиями Топаз или Кристал-Сити не была радужной.

За колючей проволокой и под охраной солдат с автоматами в руках, при свете прожекторов на вышках, американские японцы провели несколько лет жизни. Это всё же была тюрьма, без каких бы то ни было оговорок, для людей, не совершивших никакого преступления. И именно так это оценивает община американских японцев сегодня.

За период войны 9486 этнических японцев были награждены высшей воинской наградой США – орденом Пурпурное Сердце. Они уходили на фронт, а их семьи оставались заложниками в концлагере. Большинство заключённых было освобождено в январе 1945 года, когда до конца войны оставалось не так уж долго.

В 1946-47 году были закрыты последние лагеря Тул-Лейк в Калифорнии и Кристал-Лейк в Техасе.

Лишь около половины японцев вернулись в места прежнего проживания. Дома многих оказались захвачены бездомными.

Поражение в правах было преодолено не сразу. До 1952 года японцам из числа постоянных жителей была закрыта дорога к получению американского гражданства.

Сами американские японцы молчали долго, скрывая правду недоговорками от своих детей и внуков. Во время же войны большинство официальных лиц использовали для обозначения эти концентрационных лагерей эвфемизмы вроде «центров эвакуации и перемещения».

Лишь в 1981 году под влиянием успехов мощного движения за гражданские права, в котором активно участвовали негритянская и еврейская общины Соединённых Штатов, была создана специальная комиссия по депортациям и интернированию гражданских лиц, которая занялась сбором свидетельств по всей стране.

По итогам работы, комиссия рекомендовала выплатить жертвам насильственного переселения и заключения по 20 000 $ долларов репараций каждому.

Комитет Конгресса США по расследованию этих событий, расценил акцию американских властей по насильственному выселению и заключению этнических японцев как необоснованную и мотивированную преимущественно расовыми предрассудками и военной истерией и квалифицировал её как политическую ошибку. В 1988 году тогдашний американский президент Рональд Рейган подписал Акт о гражданских правах и принёс официальные извинения американцам японского происхождения за совершённое в годы войны.

Первые выплаты компенсации старейшим из пострадавших японцев начались в 1990 году.

http://www.nr2.ru/crimea/105276.html
_________________
Sevdig

"Единственное, что требуется для триумфа зла - это, что бы хорошие люди ничего не делали."
(Э.Берг)
Maikl
Матрос
Матрос




Пришёл: 06.01.2007
Сообщения: 11

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Пт, 23.02.2007, 01:18             цитировать    

Крымский татарин Аметхан Султан - дважды Герой Советского Союза, лауреат Государственной премии, заслуженный летчик-испытатель СССР.
"За проявленную храбрость и героизм в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, за успешное проведение 603 боевых вылетов, за сбитые им лично 30 самолетов противника разных типов, за 19 самолетов врага, сбитых в групповых боях, товарищ Аметхан Султан удостоен звания дважды Героя Советского Союза." Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 июня 1945 года Аметхан Султан награжден второй медалью "Золотая Звезда" и орденом Ленина.
Вошедший в годы Великой Отечественной войны в десятку лучших летчиков-истребителей, Аметхан Султан в мирное время стал испытателем новой авиационной и космической техники.
http://countries.turistua.com/ru/krym/alupka-sight.htm
«… 55 600 крымских татар унесла вторая мировая война, фашистами были расстреляны 18 тысяч наших соотечественников, уничтожено 105 крымскотатарских деревень. Из 32 подпольных организаций, действовавших в годы оккупации, 25 возглавляли крымские татары. Семь крымских татар - Герои Советского Союза, один из них - дважды. Все годы депортации фронтовики верили, что справедливость восторжествует, и имена героев - крымских татар впишут в Книгу боевой славы. Выступивший на вечере ветеран-подпольщик Айдер Мустафаев рассказал о деятельности Республиканской Ассоциации ветеранов войны и труда крымских татар, которая работает уже более 10 лет. Усилиями ее членов 78 подпольщиков и партизан из числа крымских татар получили свидетельства, а Колхозная площадь в Симферополе переименована в площадь имени Амет-хана Султана…»
http://www.cidct.org.ua/ru/Avdet/5-10(00)/48.html

Ислам Нуруллин

Время неумолимо мчится вперед. Мало остается в живых участников Великой отечественной войны, но главное, чтобы у нас сохранилась память о людях, которые сделали все для Победы.

Татарский народ, второй по численности народ в России, в Великой Отечественной войне сыграл немалую роль. Миллионы татар ушли на фронт, старики дети и женщины работали в тылу. Сыны и дочери татарского народа мужественно сражались в годы войны за свою Родину. Они внесли достойный вклад в достижение Победы. Большинство из них не вернулись с войны и остались лежать в братских могилах.

Татар, награжденных золотой звездой Героя Советского Союза в Великой Отечественной войне - 161 человек. Сейчас вскрываются многие факты и стало доподлинно известно, что награжденных должно было быть гораздо больше... Но только по той причине, что герои были татарами - они не получали заслуженных наград.

Так же особо хочется затронуть тему Татар Крыма. Крымскотатарский народ был оклеветан советским режимом и до сих пор дают о себе знать последствия этой антитатарской пропаганды.

На самом же деле - германскими фашистами в Крыму были сожжены несколько десятков крымскотатарских деревень. 55 000 крымских татар были награждены различными орденами и медалями СССР за участие в войне против фашизма. 7 героев советского союза. А в благодарность от сталинского режима - геноцид и депортация Крымскотатарского народа, который был оклеветан как "народ предатель", "народ-пособник фашистов". Причем депортированы были дети, женщины и старики, так как мужчин пригодных в это время в Крыму не было, они все были на фронте.

Это была типичная этническая чистка, так называемая "зачистка территории" от местного населения для обустройства правительственных дач- дворцов для отдыха сталинской клики и пансионатов для партийной элиты СССР. Вокруг них были искусственно созданы поселения для обслуживающего персонала, подобранного НКВД.

Сегодня татарские правозащитники утверждают что эта внутренняя идеологическая война против татар и в России и в Крыму продолжается по сегодняшний день.
И хотя муниципальные органы на местах сотрудничают с представителями нетитульных этнических групп, федеральные органы не ведут никакой работы в этом направлении. Более того, профашистски настроенные публичные деятели, депутаты, группы депутатов и даже целые политические партии не стесняясь пропагандируют и культивируют ненависть к представителям нетитульных этнических групп и другим религиозным конфессиям.

В 1945 году наши деды и отцы задавили германскую гитлеровскую фашистскую чуму, но по парадоксальному стечению обстоятельств споры этой фашистской чумы проросли сегодня в России.

http://www.zavtra.com.ua/forum/viewtopic.php?t=116&sid=fb3a27a874d76d88734d7970c41aefd6

Лишние теги и неиспользованные куски цитаты удалены модератором.
Almaz
Матрос
Матрос




Пришёл: 24.02.2007
Сообщения: 5

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Вс, 25.02.2007, 01:45             цитировать    

Знаем ли мы, кто такие крымские татары?

В.Е. Возгрин:
«Не стоит приводить все примеры великодержавной, шовинистической трактовки крымской истории, использования антинаучных терминов и ярлыков типа "крымские хищники, захватчики, разбойники, агрессоры" уже из-за их огромного количества по подсчетам уже больше сотни. Кроме того, нам не представляется плодотворным клеймить конкретных авторов этих писаний — они лишь отразили в своих книгах и брошюрах некие концепции, опирающиеся на поддержку довольно значительных слоев в горизонтальном плане и представителей весьма влиятельных административных, научных и общественных институтов — в вертикальном. Современной науке известно, что любой этнос склонен наделять соседние этнические группы такими отрицательными чертами, которые именно данный этнос традиционно считает недостойными и противопоставляет собственным понятиям о морали, чести, своим эталонам красоты и т. д. Известно также, что при этом полярно противоположной интерпретации подвергаются и общие для этого этноса и его соседей черты. Так, например, кровавые подвиги казаков Ермака отражены в народных и авторских песнях как в высшей степени достойные и демонстрирующие доблестный дух русского народа; те же действия сибирцев (заметим, поставленных перед необходимостью священной борьбы за Родину) клеймятся крайне отрицательно.Автор ни в коем случае не стремится к осуждению ни казаков (или солдат), ни татар с позиций современности. Пытаться экстраполировать на любое историческое общество принципы, к которым человечество пришло позже в результате неоднократных проб и мучительных ошибок, — антинаучно. Речь может идти лишь о том, насколько направление и темпы социально-экономического развития того или иного этноса сообразовывались, шли в ногу с местными условиями, в том числе и с этнопсихологическими особенностями населения, будь то Русь или средневековый Крым. И здесь даже самое беглое ознакомление с комплексом условий существования, содержанием господствовавшей идеологии приводит к выводу о полном соответствии этнопсихологии и русских и татар XV — XVII вв. конкретным условиям, да иначе, как правило, и не бывает И все же автор склонен к оптимизму, во-первых, основанному на факте учащения межэтнических контактов, содействующих, как известно, созданию более объективных представлений народов друг о друге, а во-вторых, связанному с уверенностью в более разумной национальной политике государства в будущем, чему есть некоторые основания. В-третьих, рано или поздно свою положительную и весьма важную роль должна сыграть наука — ныне перед историографией и другими гуманитарными областями знания ставится задача "неуклонной борьбы против идеализации исторического прошлого отдельных народов, одностороннего подхода к их традициям... ибо искусственные преувеличения национального, особенного неизбежно чреваты неправомерным противопоставлением одних народов другим, что неизбежно способствует рецидивам национализма"7.Особый вопрос — публикации в советской печати лета — осени 1987 г.12 Самая, по мнению автора, яркая из них — о том, как бывшие бахчисарайцы, не получив разрешения на установку памятной доски с именами своих земляков-антифашистов, расстрелянных гитлеровцами у с. Скалистое, попытались установить доску сами. Будучи схваченными "на месте преступления", они были выдворены из Крыма, а доска уничтожена13. Трудно представить себе, что подобное надругательство над патриотическими чувствами советских людей могло бы произойти (причем на законном, по мнению печати, основании) где-нибудь под Курском, Смоленском или Ленинградом. Упомянутые и многие другие факты продолжающейся дискриминации коренного крымского населения (о них подробнее см. в основном тексте книги) в идеологической, политической и культурной облас[10]тях, имеющие результатом разжигание межнациональной розни, давно поставили задачу активной борьбы с многовековыми национальными предрассудками, а конкретно — создания объективной истории населения Крыма. И если автору удастся показать отнюдь не приукрашенную, но освобожденную от многолетних напластований лжи, грязи и гнусных домыслов картину исторического развития крымского народа, он сочтет свой долг исполненным.

Национальная ситуация в Крыму. Города ханства, как новые, так и древние, никогда не были однонациональными. Даже в Эски-Юрте, одном из очагов крымского исламизма, население уже в конце XIII в. было интернациональным; кроме уже упоминавшихся народов и племен в крымских городах проживало большое количество евреев, черкесов, пятигорцев, цыган (Броневский М., 1867, 357)..
Сосуществование такого удивительного и для наших времен конгломерата из разноплеменных инаковерующих было бы немыслимым без известной веротерпимости татарского населения - впрочем, также полиэтнического, хотя и единоверческого. И черта эта резко выделяет крымских татар из всего исламского мира. Это была, по словам советских ученых, удивительная даже для суннитов "широчайшая веротерпимость" (ДТ, 1966, 180). Имея глубокие внутренние корни, она поражала современников и чисто внешне. Известно, что Успенский монастырь близ Бахчисарая пользовался не только материальной поддержкой ханов, но и "авторитетом у татар" (Фадеева Т.М., 1987, 82), оставаясь на протяжении веков центром и оплотом крымской православной церкви. В Кафе в дотурецкий период рядом с мечетями и медресе высились купола 17 католических храмов и двух монастырей с латинскими школами при них, греческие храмы и монастыри, армянские, русские церкви, еврейские и караимские синагоги и т. д. (Якобсон А.Л., 1973, 119, 124). Причем здесь были далеко не безобидные убежища гонимых за веру монахов, как в первые века крымского (херсонесского)[134] христианства, но оплоты церкви воинствующей. Католические монастыри играли роль центров христианской миссии; здесь посланцы Европы изучали языки, обычаи, культуру Востока для того, чтобы отправиться в качестве миссионеров в ближние и дальние страны Азиатского континента.
С другой стороны, в отличие от соседних мусульманских стран в Крыму никогда не могли сложиться военно-религиозные группы и целые ордена типа муттавиев ("мусульман-добровольцев"), газы ("борцов за веру") и т. п., образовывавшие обычно целые прослойки населения, наиболее фанатично и неприязненно относившиеся к чужакам. Никогда не было в Крыму и сторонников столь распространенной на Востоке идеи священной войны ("джихада"), составлявшей главную опору мусульманских властителей в их походах. В схожих ситуациях крымские ханы выступали в роли чисто военных предводителей, но не идеологических вождей57.
Традиционный здравый смысл ханов позволял им видеть явные выгоды, связанные с пребыванием в Крыму иноверцев - купцов, ремесленников, даже дипломатов, верно служивших престолу; однако без крепких традиций веротерпимости здравый смысл вряд ли восторжествовал бы.
Подобная картина наблюдалась не только в Крыму, хотя и весьма редко. Правительница огромной империи (включавшей в себя Сирию, Египет и всю Малую Азию) Зенобия "была еще язычницей, однако позволяла исключительную терпимость к своим христианским подданным" (Аверинцев С.С., 1985, 5).
Тем не менее мы можем привести факты еще более "исключительной" толерантности - на крымском материале. По нашему мнению, она была уже в непреследовании татар, переходивших в христианство, что случалось нередко.
Так, в неопубликованной книге кадиев за 1686 - 1710 гг. мы находим не единицы - десятки христиан татарского происхождения, смешанные мусульманско-христианские семьи. И это не в одном месте; лишь в сравнительно небольшом округе такие явления были правилом, а не исключением: в деревнях Бо[135]гатырь, Керменчик, Енисала, Аи-Георгий, Искут, Ламбат, Варнутка (Маркевич А.К., 1910, 530, 541).
Особенно контрастно это выглядело в сравнении с жесточайшими карами, которым всегда подвергались вероотступники как в соседней Турции, так и в христианских державах, в том числе славянских.
Самуил Величко сообщает в своей летописи об одном из случаев подобных репрессий. Когда кошевой атаман Серко освободил 7 тыс. пленных христиан, то отпустил тех, кто хотел исповедовать ислам, назад, в Крым. Ушли как взрослые, так и дети, короче, все, уже пустившие корни на полуострове, впитавшие в себя крымскую культуру. Но, выявив "отступников", Серко дал приказ безжалостно изрубить их. Впрочем, после окончания экзекуции кошевой поклонился трупам взрослых и детей, прося прощения и извиняя свой поступок тем, что не хотел отпускать их на "вечную погибель без крещения" (Кондараки В.Х., 1875, ч. XII, Cool.
И подобная религиозно-идеологическая нетерпимость сохранялась к северу от Перекопа веками. Куда дальше, если и советский автор целиком солидаризуется с Серко и даже одобряет его дикий поступок, утверждая, что именно в нем "как нельзя более ярко отразилась внутренняя духовная сила запорожского казачества" (Надинский П.Н., I, 1951, 82)!
Сами ханы отнюдь не чурались тесных контактов с православными духовными владыками. Христианские князья церкви служили как бы передаточным звеном между Гиреями и их подданными-иноверцами. У ханов не было ни возможности, ни необходимости "разделять и властвовать" в конфессиональном плане. Оппозиция, с которой им приходилось считаться (бейская), состояла исключительно из мусульман, а иноверцы, составлявшие абсолютное меньшинство в исламском мире Крыма, никогда и не помышляли об антиханской политике.
Более того, крымские властители и сами испытывали какое-то влияние со стороны своих православных земляков. Известно, что уже Хаджи-Девлет-Гирей жертвовал немалые суммы на христианские монастыри, ставил пудовые свечи образу Успенской Божьей матери перед походами на кочевников Большой орды (Кулаковский Ю., 1914, 124). Неудивительно поэтому участие, которое ханы принимали в[136] деле храмостроительства, а оно шло на протяжении веков. Восстанавливались древние христианские храмы - например, в 1427 г. в Партените, а в 1587 г. в Биасале на Каче новая церковь была воздвигнута целиком на мусульманские деньги: как гласит закладная надпись, "стараниями, помощью и иждивением господина Бината, сына Темирке, в память его и родителей его" (там же, 131).
Что же касается конкретных христиан, то ханы и беи оценивали их не столько за преданность заветам Пророка, сколько за деловые и человеческие качества, отнюдь не понуждая к принятию ислама. Вера не сказывалась не только на условиях экономической деятельности иноверцев58, но и на служебной карьере некоторых из них. Так, в весьма отрывочных сведениях о лицах, приближенных к ханам, мы находим множество немусульман: нескольких казначеев (евреи Ша-Ислам и Мусафей, итальянец Августин, поляк Янушко), дипломатов в ранге посла (итальянцы Августин Гарибальди, Ян Баптист, Винцент Зугульфи, еврей Кокоса) и т. д. (Сыроечковский В.Е., 1940, 19, 26; Смирнов В.Д., 1895, 255).
Из вышесказанного можно сделать вывод, что вероисповедальные разногласия, конечно имевшие место в средневековом Крыму, оказывались совершенно несравнимыми с факторами, сближавшими все народы полуострова для защиты общих интересов. Наиболее стабильным из таких факторов был, естественно, экономический. Однако время от времени начинал действовать не менее мощный политический. И в минуты опасности, когда возникала необходимость совместной защиты своей Родины, крымчане выступали в едином строю воинов и дипломатов без различия веры.
Попробуем отыскать причину подобной аномалии среди стран Европы и Востока. Первое, что приходит на ум, - это географическое положение Крыма, его глубокая вдвинутость в область православных народов, что должно было, возможно, смягчать мусульманский ригоризм. Но с другой стороны, если мы представим себе христианско-мусульманский фронт периода средневековья, то на левом фланге его окажется весьма схожий по географическому положению, только христианский аванпост, такой же кулак европейского мира, выдвинутый по направлению[137] к мусульманскому, - Испания. Но картина сосуществования вер здесь будет полярно противоположной. Ни в одной христианской стране не уничтожалось столько мавров и евреев, как в Испании, не было на континенте более нетерпимого государя, чем Филипп II, испанскую же церковь вкупе с инквизицией впору именовать не воинствующей, а воюющей - столько крови иноверцев и еретиков пролилось по ее благословению, причем уже после того, как угроза реставрации мусульманства миновала...Но, может быть, причина в самой мусульманской вере? Ведь в Коране буквально рассыпаны призывы к уважению христиан ("обладателей Писания"), если это истинно верующие59. "Гяуры" - это те, кто не верит в единого Бога, но отнюдь не праведники, пусть даже христианские60. И здесь мы не встретим бранных слов ("поганые"), которыми церковь щедро наделяла всех, даже самых благочестивых и даже святых мусульман61.
Противостояние двух вер в проблеме сосуществования усугублялось и тем, что встречающиеся в Евангелии бесспорно гуманные призывы часто не доходили до слуха христиан Востока и Запада, вообще в массе своей редко предпочитающих слово Писания зову жизни суетной. Это признавали с горечью многие богословы, а крупнейший авторитет конца XIX в. в этой области В.С. Соловьев, между прочим решительно выступавший за веротерпимость и свободу совести, подчеркивал, что "мусульмане имеют перед нами то преимущество, что вся их жизнь согласуется с их верой, что они живут по закону своей религии... жизнь их не лжива; ибо закон ее один и согласен сам с собою, у них нет другого правила в жизни, кроме того, которое дается их религией. Тогда как мы, признавая по вере закон христианский, устраиваем свою действительную жизнь совсем по другому закону, унаследованному нами от времен дохристианских" (т. IV, 47). Засим возможно вполне естественное предположение: не в этом ли различном усвоении уроков языческого зверства коренится и различный подход к веротерпимости и христиан и мусульман?
Сомнений здесь немало. И основное из них то, что в иных, мусульманских же странах ненависть к инакомыслящим была вполне христианского накала. Таким образом, у нас остается единственный ответ на[138] этот вопрос, он - в природе крымского этногенеза. Только здесь, в краю, где поколение за поколением, еще с домусульманских времен, воспитывалось в духе мирного сосуществования, где "язычество", его рудименты не оказали ожесточающего влияния ни на мусульман, ни на христиан, где испокон веку свобода совести гармонично дополнялась демократией, стал возможным этот удивительный, возможно уникальный, феномен крымской веротерпимости.
Зарождение крымскотатарской культуры. Важнейшее в истории крымской культуры значение имела кардинальная перемена во внешнеполитическом положении Крыма, происшедшая в первой трети XIV в. Литовские князья, заняв причерноморские степи от Буга до Дона, вытеснили оттуда ордынцев. Тем самым было ослаблено унизительное и обременительное для крымчан культурное и экономическое давление на них кыпчаков.
Второй удар по отношениям зависимости Крыма от Золотой Орды был связан с событиями конца XIV в. в Средней Азии - образовавшаяся там держава Тимура разгромила Астрахань и Сарай, что привело, в частности, к переносу магистральных путей всей восточной сухопутной торговли. Отныне Крым на долгие годы экономически отрывается от Средней Азии, а политически - от Орды, причем окончательно.
Отныне быт и культура в целом крымского народа могли развиваться свободно. Порвав с утратившими актуальность, но насильственно навязываемыми ордынским чиновничеством кочевыми традициями, народ стал развивать собственную, отличную и от золотоордынской, и от христианской культуру. Внешне она более всего походила вначале на ближневосточную, отличаясь, впрочем, от нее большими разнообразием, синкретичностью и содержательностью (Лашков Ф.Ф., 1881, 29).
Заслуга в этом обогащении сложившихся было культурных традиций принадлежала отнюдь не генуэзцам или венецианцам, как иногда полагают (Хартахай Ф., 1866, 199), а скорее духовному потенциалу молодой нации, складывавшейся в чрезвычайно пестрой и переменчивой социально-экономической и политической ситуации. [139]Науке известно лишь, что полуостров был плотно заселен аборигенами Впрочем, для культурного обмена количественное соотношение носителей разных культур далеко не всегда является решающим фактором; часто гораздо более важен их уровень. Но совершенно бесспорен тот факт, что культура местных жителей была лучше приспособлена к экологической обстановке Крыма, и уже поэтому ее победа в процессе аккультурации была гарантирована.
Это был колоссальный переворот в сознании массы, несравнимый даже со сменой религии, а когда он завершился, освоение технологических и иных методов ведения традиционного крымского хозяйства пошло вполне успешно.
Итак, в Крыму были три причины к оседлому животноводчески-земледельческому хозяйству: недостаточность размеров крымских степей для скотоводства; естественный прирост населения, делавший необходимым интенсивный путь развития экономики; наконец, упомянутое уже соприкосновение с многочисленными идеально приспособившимися к крымским условиям носителями древних земледельчески-садоводческих традиций.
В связи с вышесказанным мы можем сделать важнейший в культурологическом анализе истории Крыма вывод: культура татар с момента ее зарождения на полуострове носила открытый характер. Этот вывод, как мы увидим, сохраняет свою справедливость на протяжении всех эпох крымскотатарской истории, приобретая, таким образом, основополагающее значение для складывания и развития этой культуры из глубины веков до самого последнего времени.[141] »
«Долг русского человека и коренного крымчанина.[11]»
« В.Е. Возгрин « Исторические судьбы крымских татар»
Qirimli
Доступ закрыт




Пришёл: 23.11.2006
Сообщения: 480

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Вс, 25.02.2007, 10:02             цитировать    

http://magazines.russ.ru/druzhba/1996/4/polyak.html

Владимир Поляков

Крымские татары

Этот очерк пришел к нам, как принято выражаться в редакциях, "самотеком". Тема - самая что ни на есть "дружбинская": история, этнография, сегодняшние проблемы народов, в первую очередь тех, что еще недавно были соотечественниками в составе бывшего СССР. Однако, задайся мы целью представить научно выверенный обзор истории крымскотатарского народа, мы, вероятно, обратились бы к специалисту, каковым Владимир Евгеньевич Поляков в строгом смысле слова не является, он - директор одной из симферопольских школ и исследователь истории родного края. И все же мы предпочли опубликовать именно его очерк. Нас подкупили три обстоятельства. Во-первых, это очень личное сочинение - автор часто ссылается на то, что видел сам, что рассказывали ему отец, другие родственники, сотни знакомых и незнакомых людей - очевидцев и участников тех или иных событий, - а такая форма повествования всегда особенно доверительна и потому интересна. Во-вторых, в истории крымскотатарского народа, рассказанной В. Е. Поляковым, сегодня открывается неожиданно много поучительного. И в-третьих, это редкий, увы, по нынешним временам случай, когда автор с состраданием и болью, но в то же время трезво, без экзальтации пишет о судьбе не своего народа, а народа-соседа.

"Я, мой отец, дед - русские. Ни капли татарской крови во мне нет, - рассказывает Владимир Поляков в письме в редакцию. - Я из тех русских, чьи предки пришли в Крым вместе с техническим прогрессом: Матвей Петрович Поляков был еще до революции механиком Симферопольского телеграфа.

Мой отец - кадровый офицер, боевой летчик - в совершенстве знал крымскотатарский язык. Знал потому, что это был язык "среды обитания". Среди друзей его юности было множество крымских татар, и дружба эта, несмотря ни на что, прошла через всю его жизнь...

Если можно, я бы хотел к настоящей статье сделать посвящение:


"Светлой памяти моего отца

Евгения Матвеевича Полякова".




Пришельцы или аборигены?

Более неудачный этноним, чем "татарин", пожалуй, трудно и найти. Привнесенный в нашу лексику еще в XIII веке, он охватывал многие и многие племена и народы, пришедшие на Русь с востока. С течением времени его несостоятельность стала столь очевидна, что пришлось прибегать к уточнениям: астраханские татары, барабинские татары, касимовские татары, крымские татары, сибирские татары... У непосвященного человека может сложиться впечатление, что речь идет об одном народе, но рассеянном по разным местам. Это глубокое заблуждение. Между крымскими и, к примеру, казанскими татарами общего не больше, чем между сербами и, скажем, русскими: первую пару объединяет то, что они тюрки, вторую - то, что они славяне. Но подобно тому, как славяне включают в себ многие и многие народы Восточной и Юго-Восточной Европы, так и тюрки - это узбеки, казахи, киргизы, уйгуры, каракалпаки, караимы, крымчаки, туркмены, кумыки, гагаузы, турки, азербайджанцы, тувинцы и все перечисленные ранее татары, чьи предки восходят к общему для них корню. Вот почему о крымскотатарском народе следует говорить как о вполне самостоятельном этносе.

Тем не менее в течение всего советского периода нашей истории собирательный этноним "татарин" объединял всех татар без исключений, как и прежде: ведь даже у Льва Толстого, как известно, в "Кавказском пленнике" жители горного аула почему-то "татары". И ошибок таких - великое множество.

На нашем полуострове передовые отряды Батыя впервые появились в 1233 году, что и послужило ошибочной точкой отсчета пребывания крымских татар в Крыму. Кем же в действительности были пришельцы? Монголами? Кипчаками? Как известно, собственно монголами были только воины Чингисхана. В ходе экспансии покоренные народы один за другим вливались в его войско, образуя новые тумены. Один тумен - десять тысяч воинов. Русские называли тумен по-своему - тьма. Год от года число туменов множилось, и собственно монголы в них большей частью составляли лишь военную аристократию. Вот почему можно предположить, что в 1233 году на полуостров пришли предводимые монголами разные тюркские племена.

Были ли в тот период сражения, нет ли, - к сожалению, неизвестно. После битвы на Калке, в которой половцы (кипчаки) и русские дружины безуспешно пытались противостоять всего лишь передовому отряду завоевателей, судьба полуострова была предрешена.

Можно только поражаться смекалке и предприимчивости пришельцев. Оценив все выгоды морской торговли, они не стали нарушать сложившийся ритм жизни приморских городов, где хозяйничали генуэзцы, а вступили с ними в самые тесные отношения. Основным товаром того периода стали поставлявшиеся через Сугдею (Судак) и Кафу (Феодосию) рабы.

По некоторым источникам, в 1239 году захватчиками было продано в рабство египетскому султану 12 тысяч крымских джигитов, из которых султан создал свою гвардию - мамелюков. А во второй половине XIII века их военачальник Бейбарс, родом из Солхата (Старый Крым), после успешного переворота даже провозгласил себ султаном.

По мнению большинства ученых, то был золотой век тюркской поэзии. Считаясь улусом Золотой Орды, полуостров, при его крайне небольших размерах, оставался территорией по крайней мере трех государств: княжества Феодоро, Генуэзских крепостей и Золотой Орды. При этом сферы влияния были поделены достаточно четко: за генуэзцами оставалось море, за феодоритами - горы, за кочевниками, коими были и кипчаки и монголы, - степь. Сложившееся равновесие было нарушено в 1299 году, когда войска темника Ногая огнем и мечом прошли по горному Крыму.

Огромную роль в формировании крымскотатарского народа как самостоятельного этноса сыграл принятый при хане Узбеке ислам.

Начиная с XV века на смену городам-крепостям раннего средневековья (а порой и дополняя их) появляются города-крепости предгорь и даже степи: Бахчисарай, Ак-Мечеть, Карасубазар, Ор-Капу, Гезлев... Из старых крепостей только Кырк-Ор да Судак еще продолжали играть прежнюю роль. Политический центр жизни полуострова перемещается в Бахчисарай - его сердце.

Геополитические изменения в соседних государствах не могли не сказаться на судьбе Крыма. Огромная империя, начало которой положил еще Чингисхан, распалась. Такова судьба всех империй. Впрочем, борьба за независимость Крыма была достаточно долгой и упорной, и ближайшими союзниками в ту пору стали Крымское ханство и стремившаяся обрести свободу от Золотой Орды Русь.

В 1433 году Крым добивается независимости. Но, увы, ненадолго. Уже при Менгли-Гирее, и не без его содействия, Крымское ханство становится вассалом Блистательной Порты. Именно Менгли-Гирей (1468-1515) проводит ряд реформ, чтобы перейти с кочевого образа жизни к оседлому. Окончательную точку в этой непростой борьбе с вековыми, но уже отжившими традициями поставил Сагиб-Гирей (?-1551), приказавший рубить оси кочевых повозок.

Примечательно, что в тот период сам народ начинает называть себя "крымцами", а топоним "Крым" впервые распространяется на весь полуостров. Интересно и то, что русские послы едут к крымскому хану, а не к крымскотатарскому хану.

После того как Крым на многие века стал одним из вернейших сателлитов Турции, его политическими и военными противниками оказываются Речь Посполитая и Россия. Подконтрольная крымскому хану территория простирается на огромное расстояние от Днестра до Дона, от Крымских гор до Кавказских вершин.

Если говорить о государственном строе Крыма тех лет, то это, в сущности, конституционная монархия. Власть хана не была абсолютной. Каждый из семи глав знатнейших крымских родов мог отказаться участвовать в походе крымского хана или по соглашению с другими беями предпринять поход самостоятельно. Но если беи были фигурами достаточно независимыми, то о самом хане этого нельзя было сказать: в любую минуту по приказу турецкого султана он мог быть отрешен от трона и даже лишен жизни. Неудивительно, что из тридцати девяти крымских ханов не многие закончили свою жизнь в собственной постели.

В течение пяти веков Крымское ханство оставалось грозной политической и военной силой Восточной Европы. Ему то противоборствовали, то искали с ним союза практически все государства того времени. Из песни слова не выкинешь: отношения России и Крымского ханства все эти пять веков были антагонистическими. Если в 1571 году крымские татары в ходе удачного набега чуть не дотла сожгли Москву, то со второй четверти XVIII века пылали уже крымские города и села. А какими непростыми были отношения Крымского ханства с Запорожской Сечью! Как пошутил мой знакомый киевлянин: "Вечный вопрос Украины - с татарами против русских или с русскими против татар?"

XVIII век ознаменовался и началом крушения такого колосса, как Турецкая империя. В ходе кровопролитнейших войн она теряла город за городом, крепость за крепостью, и вот уже огромные территории от Дуна до Дона, некогда принадлежавшие Турции, но подконтрольные Крымскому ханству, завоеваны Россией. Она нависла над Крымом, подобно тому как до тех пор нависала над ним Турция, а еще раньше - Дикое Поле, Скифия...

Не в силу каких-либо субъективных причин, не по злой воле Екатерины или из-за слабости и честолюбия Шагин-Гирея, а исключительно по причине расклада геополитических сил Крым оказался вовлеченным в орбиту интересов своего северного соседа. Пройдут века. На смену России придет Украина, но отныне маленький полуостров, словно присосавшись, будет снабжаться кровью по артериям, тянущимся с севера.



В составе империи

Включение полуострова в 1783 году в состав Российской империи оказалось для него событием чрезвычайно болезненным. Императрица и ее фавориты распоряжались вновь приобретенными землями так, словно те были пустынными, как будто там никто не жил. Правда, огромные владения выделялись и кое-кому из местной знати в полном соответствии с правилом поработителей "Разделяй и властвуй!". Естественной реакцией на массовое ограбление народа стала эмиграция. Уже к 1787 году число покинувших Крым достигло восьми тысяч. В основном это были степняки, более всех пострадавшие от земельного разбоя.

Но Крым был далеко не первой территорией, присоединенной к Российской империи, и определенный опыт уже наработался. Прежде всего правительство старалось, особенно поначалу, не вмешиваться в дела религиозные. Для Крыма была учреждена должность особого муфтия, полностью независимого от главы всех мусульман России. Пытались по возможности опираться и на местную знать, для чего, как это делалось повсюду, многочисленные крымские беи и мурзы были приписаны к дворянскому сословию.

Вспомним, что так русскими дворянами стали предки людей, которых мы всегда будем считать гордостью России: Гаврилы Державина (потомок рода Нарбековых), Льва Толстого (род Идрисовых), Федора Достоевского (потомок Челебея), Александра Куприна (род Туган-Барановских), Анны Ахматовой (род Чагодая)... Сами за себя говорят тюркские фамилии выдающихся русских людей: Аксаков (Хромой), Кутузов (Буйный), Колчак (Рукавичка)...

Трудно, очень трудно пускали свои корни в каменистую, неудобренную почву Российской империи крымские татары. В 1792 году - новый всплеск эмиграции, на этот раз Крым покидает без малого сто тысяч человек. И вновь в подавляющем большинстве - степняки. Процесс эмиграции, то затухая, то вспыхивая с новой силой, практически не прекращался. Апофеозом стал массовый исход населения с полуострова в Турцию после завершения Крымской войны. Крым навсегда покинуло сто пятьдесят тысяч человек. "В опустелых деревнях только выли собаки, двери в хатах от ветра хлопали, окна были выставлены, крыши раскрыты..."

Год за годом у себя на родине крымскотатарский народ постепенно превращался во второстепенное национальное меньшинство. Он был еще слишком многочислен, чтобы о нем можно было забыть, но уже недостаточно многочислен, чтобы с ним нужно было считаться. ХХ век - век национально-освободительных революций и движений - Крым словно бы проспал. Это и неудивительно. Здесь почти полностью отсутствовала национальная интеллигенция - эти "дрожжи" национального самосознания. Исключение - увы, подтверждающее правило - деятельность Исмаила Гаспринского1, издававшего первую газету на крымскотатарском языке - "Терджиман".



В Стране Советов

В 1917 году, когда началось крушение некогда всесильной империи, всего лишь за четыре года до того пышно отпраздновавшей свое трехсотлетие, о крымских татарах как о самостоятельной политической силе никто не мог и помыслить. Но пока одни толковали о "единой и неделимой России", другие - о "незалежной Украине", третьи - о "Советской России", крымские татары, совершенно неожиданно для многих, выдвинули лозунг: "Крым - для крымцев!" Причем под "крымцами" понимались не только крымские татары, но все жители полуострова.

Впрочем, как и все в подобных ситуациях, крымские татары не были однородны в своих политических воззрениях. Одни создали Мусульманский комитет, другие - влиятельную по тем временам партию "Милли фирка", что означает "Национальная партия". Но в целом позиция крымских татар по подавляющему большинству вопросов была едина. И естественным итогом консолидации стал курултай крымскотатарского народа.

Лозунг "Крым - для крымцев!" не был чем-то исключительным. Столь знакомая нам сегодня эпидемия (кажется, слава Богу, пошедшая на убыль) "самостийности", когда республиками или даже независимыми государствами стремятся стать не то что области, а даже отдельные районы, и в тот сумасшедший 1917 год прокатилась по всей бывшей Российской империи. Шутка ли, сам Петроград пытался выделиться в отдельную республику! Стоит вспомнить и то обстоятельство, что Крым был тогда отрезан от России. По Брестскому договору вся Украина становилась независимым государством. Кроме того, немецкие войска в соответствии с достигнутой правительством Ленина договоренностью дошли до Ростова.

Примечательно, что если до октября 1917 года курултай и его лидеры не признавали Временного правительства, то в дни корниловского мятежа, когда на свержение Керенского были брошены части "Дикой дивизии", состоявшей, как известно, исключительно из мусульман, в том числе крымских татар, навстречу им из Крыма отправились пропагандисты, которым удалось предотвратить карательный поход на Петроград.

Не складывались отношения и с большевиками. В то время в своей практической деятельности большевики национальному вопросу никакого значения не придавали и не пытались выделить в разноплеменной российской среде союзников по национальному принципу, чтобы заручиться их поддержкой или хотя бы нейтралитетом. Став на путь решения всех вопросов путем массового террора, большевистские руководители неминуемо столкнулись с сопротивлением крымскотатарского национального движения. Отряды "эскадронцев", сформированные из крымских татар, пытались с оружием в руках противостоять карательным экспедициям черноморцев, без суда и следствия "казнивших" в Севастополе, Симферополе, Евпатории "нетрудовые элементы". Отец рассказывал мне, как на его глазах в Симферополе расстреливали людей только за то, что они носили пенсне или шляпу-котелок, или за то, что у них на руках не было мозолей.

Уже в зрелом возрасте я специально поехал в Евпаторию, чтобы записать воспоминания своих дальних родственников. Мои ровесники ничего особо интересного рассказать не смогли, но еще живы были несколько древних старух, которые доставали из запыленных альбомов пожелтевшие фотографии красавцев-усачей - своих отцов или дядей - и со слезами на глазах рассказывали, как все эти сильные, умные, красивые люди погибли практически в один день, когда матросы с "Трувора" устроили в Евпатории массовую резню. Все эти мои троюродные дедушки, о существовании которых я, честно говоря, и не подозревал, были врачами, юристами, инженерами.

Именно в те дни был казнен первый председатель курулта Нуман Челеби Джихан и многие его товарищи. Насилие порождает насилие, кровь - кровь. Крымскими татарами в отместку было захвачено и расстреляно несколько членов правительства республики Тавриды.

Национально-освободительные идеи, которые пропагандировала "Милли фирка", были чужды не только большевикам, но и сторонникам "единой и неделимой России". 23 августа 1919 года уже белогвардейская контрразведка разгромила штаб-квартиру партии. Закрыта татарская гимназия в Симферополе, проведены массовые аресты. За ними последовали расстрелы крымскотатарских активистов. На новый террор крымские татары отвечают массовым противодействием белогвардейскому движению. Левое крыло "Милли фирка" уходит в подполье и сотрудничает с большевиками, создав Мусульманское бюро подпольного ревкома (Али Баданинский, Мидат Рефатов и другие).

В работах по истории гражданской войны в Крыму было не принято сообщать об участии в ней против белогвардейских войск крымскотатарского населения. Ему четко раз и навсегда отводилась роль эскадронцев - "злейших врагов советской власти". А ведь существовали тогда не только многажды описанные в художественной и исторической литературе "красные" партизаны, но и "зеленые". К примеру, против врангелевских частей сражался татарский полк Крымской повстанческой армии под командованием Османа Деренайырлы.

В Крыму и сегодня широко известно имя Жени Жигалиной - комсомолки, расстрелянной белогвардейской контрразведкой. Есть Комсомольский сквер, где похоронены расстрелянные вместе с ней комсомольцы. Но нигде теперь не упоминается, что комсомольцы эти были крымскими татарами. Поначалу на памятнике, причем на двух языках, русском и крымскотатарском, было высечено: "Здесь похоронены члены Мусульманского коммунистического бюро при Крымском окружном комитете РКП(б) Мидат Рефатов, Мурад Решид Асанов, Асан Иззет Урманов, Евгения Лазаревна Жигалина, Абдулла Мустафа Баличиев". Памятник был уничтожен фашистами в период оккупации, но восстановлен после войны, однако уже со следующей надписью: "Героям, павшим за власть Советов в 1918-1920 гг. от комсомольцев г. Симферополя".

С окончанием гражданской войны Крым получил статус области, что, казалось, надолго, если не навсегда, должно было похоронить малейшую надежду на создание в Крыму какой-либо государственности. Подобна идея могла быть сочтена контрреволюционной с вытекающими отсюда последствиями. Наверное, и быть бы тогда Крыму губернией, или, по-новому, областью, если бы в дело не вмешалась большая политика.

В первые годы советской власти, хоть и косвенно, Турция снова сыграла огромную роль в судьбе полуострова. Поражение в мировой войне поставило ее в крайне тяжелое положение. По Севрскому договору (1920) ее территория сократилась на три четверти, полностью был утрачен военно-морской флот и неиссякаемый источник пополнения государственной казны - контроль над проливами. Пришедшее к власти правительство Кемаль-паши (Ататюрка), взяв курс на национально-освободительную борьбу, сразу же попало в политическую изоляцию: прежние союзники Турции повержены, и казалось, помощи ждать не от кого. Но произошло то, что сильно спутало карты прежде всего лондонских политиков: на помощь Турции пришла Советская Россия. Да, Россия - нищая, разоренная, ведущая войну не только со всем миром, но и с собственным народом. Решающую роль в этом союзе сыграло заверение Кемаль-паши о стремлении Турции бороться против империализма. Из России тут же было направлено в Анкару золото, оружие, радиостанции, медикаменты... Напомню, что это 1920 год, когда Советская Россия была признана только Ираном (как позднее выяснилось, не безвозмездно, за 600 миллионов рублей золотом) да еще Афганистаном, которому построили современнейшую по тем временам радио-телефонную станцию. Разумеется, бесплатно.

За "дружбу" с Турцией, кроме всего прочего, пришлось расплачиваться и землями. Ей возвращались ранее отвоеванные Россией армянские города Карс, Ардаган, Артвин. Поскольку в Турции проживала многомиллионная диаспора азербайджанцев и крымских татар (последствия предыдущих эмиграций), по настоянию турецкой стороны пришлось внести изменения и во внутренние границы: земли Нагорного Карабаха, заселенные армянами, вывести из-под юрисдикции Армении и на правах автономии передать Азербайджану (вот она, мина замедленного действия, которой было суждено взорваться спустя полвека), а Крым, эту "заштатную" область России, сделать республикой! Инициатива, разумеется, исходила из Центра, а крымским властям лишь предлагалось "радостно одобрить".

Последствия создания на территории Крыма республики оказались чрезвычайными: крымскотатарский язык, наряду с русским, стал государственным языком Крыма, причем то была не пустая декларация наподобие той, что провозгласил Верховный Совет Крыма в 1992 году. На крымскотатарском языке печатались абсолютно все документы, стали выходить газеты. Разительные перемены произошли в кадровой политике: если в прежних высших эшелонах власти не было ни одного (!) крымского татарина, то после создания республики они составляли уже 36 %. Четверо даже стали наркомами, но не потому, что были действительно лидерами, грамотными, знающими специалистами. Необразованные и не искушенные в государственных делах, они были зато коммунистами и крымскими татарами (министр земледелия - крымчаком).




Какая республика была создана в Крыму в 1921 году?

Современные историки много спорят по вопросу, который раньше, наверное, никому бы и в голову не пришел: национальная или территориальная республика была создана тогда в Крыму? Напомню, что в письме к Шаумяну от 19.05.1914 года Ленин писал: "... общее положение о равноправии, - деление страны на автономные и самоуправляющиеся территориальные единицы по признаку, между прочим, н а ц и о н а л ь н о м у (выделено автором. - В. П.)". Более чем определенно пишет и Большая Советская Энциклопедия: "Советская автономия построена по национальному признаку; она создается на территории, характеризующейся известной экономической целостностью и отличающейся особенностями национального состава и быта" (БСЭ. Т.1. С. 461).

Что интересно и о чем, в общем-то, мало известно, первоначально Крым был приравнен по статусу к Азербайджану, Грузии, Киргизии и всем остальным республикам еще доэсэсэсэровской поры. Но союз с Турцией оказался недолговечным. Уже к 1922 году в Кремле с разочарованием увидели, что строить социализм Кемаль-паша не собирается, частную собственность не уничтожает, а, вернув не без помощи России многие и многие ранее принадлежавшие Турции земли, пошел с империалистами на сговор и, заключив достаточно выгодный для себя мирный договор, занял место среди европейских государств, практически прекратив с Россией всяческие контакты. Подобное развитие событий снова сказалось на судьбе Крыма. Оказавшись без заморского покровителя, он быстро потерял статус республики и превратился в автономию в составе РСФСР, каких было более десятка.

Сегодня, по прошествии более чем полувека, можно сказать, что потеря оказалась невелика, так как и самостоятельность республик была, в сущности, номинальной, но представьте себе, что отношения с Турцией сохранились хотя бы на год дольше, Крым - чем черт не шутит! - принял бы участие в создании СССР на правах суверенной республики, а потом, после его денонсации по Беловежскому соглашению, глядишь, мог бы стать независимым государством.

Фантазии фантазиями, но даже при автономии крымские татары чувствовали себя намного комфортнее, чем в недоброй для них памяти годы царизма или военного коммунизма. Как не раз рассказывали мне старики крымчане - русские и украинцы, перед войной крымским татарам безусловно создавались властями благоприятные условия для возрождения нации.

Работая с документами в архивах, я находил тому немало подтверждений. Проводилась так называемая политика коренизации: за крымскотатарским народом, равно как за караимами и крымчаками (как правило, их друг другу не противопоставляли), резервировались дефицитные рабочие места, соблюдалась определенная, довольно высокая квота среди руководящих работников. До 20% мест им выделялось и в учебных заведениях. В книгах, брошюрах, статьях той поры много писали о национальном угнетении крымских татар царским самодержавием и о "естественном расцвете нации при советской власти". При крайне негативном отношении властей ко всем религиям вообще, татарские мечети в селах пострадали значительно меньше, чем церкви.

Несмотря на перегибы и издержки, политика "коренизации", надо признать, приносила плоды: уже перед войной можно было совершенно определенно говорить о сформировавшейся, пусть советской, но все же крымскотатарской, интеллигенции. Появилось достаточно много педагогов из крымских татар. Сотни юношей получили высшее образование в вузах Москвы и Ленинграда, в различых военных училищах.

Как отмечали все без исключения старожилы, с которыми мне доводилось беседовать, а их сотни, межнациональные отношения той поры были вполне дружественными. Никто - будь то русский, украинец, еврей, крымский татарин или крымчак - ущербности не чувствовал. В крае органично существовало двуязычие. Все русские, проживавшие в сельской местности, в совершенстве владели крымскотатарским языком. Более или менее сносно изъяснялись на нем и горожане.

К сожалению, на государственном уровне все было не так безоблачно. Председатель КрымЦИК, крымский татарин Вели Ибраимов, - один из четырех, уже упоминавшихся наркомов правительства 1921 года, человек малообразованный, но по-житейски сметливый и по-настоящему честный, столкнувшись с проводившейся советским правительством по отношению к национальным окраинам политикой - а она сводилась к использованию их как сырьевых придатков, хищническому разграблению их ресурсов и полному пренебрежению выгодами проживавших там народов, - попытался отстаивать интересы Крыма. Последствия оказались ужасными: органами ГПУ тут же был инспирирован мнимый заговор якобы с целью отторжения Крыма к Турции, Вели Ибраимов и многие крымскотатарские руководители арестованы и расстреляны (1928). Если до того членство в партии "Милли фирка" никому в вину не ставилось и она активно сотрудничала с советской властью, то 17 декабря 1928 года коллеги ОГПУ выносит запретительный приговор по делу "Милли фирка", а в январе 1931-го проводит массовые аресты. Как правило, ее члены впоследствии расстреливались.

Отец рассказывал, как однажды ночью был арестован и бесследно исчез его товарищ по Вольскому авиационному училищу, младший брат Вели Ибраимова. Было это в том же 1931 году.

В Крымском партархиве мне довелось читать протокол партийного собрания, где дружно осуждали какого-то коммуниста с татарской фамилией. В то врем делать записи по документам, не имеющим прямого отношения к официальной теме твоего исследования, запрещалось, а память фамилию не сохранила. Обвинялся он во всех мыслимых и немыслимых грехах: в связях с Турцией, "велиибраимовщине" и прочая и прочая. А все из-за того лишь, что как-то на собрании заметил: Москва, мол, из Крыма все фрукты за бесценок вывозит.




Война

Встретили ее в крымскотатарских семьях точно так же, как и во всех других. Никто не сомневался в скорой победе. Кто-то пошел на фронт добровольно, кого-то призвали в действующую армию, некоторых направили в истребительные батальоны - будущие партизанские отряды.

Осознав, что Перекопская оборона была эффективна только в гражданскую, да и то лишь когда ее держали белые, командование в самом срочном порядке стало готовиться к партизанской войне. В лес завозили продукты, боеприпасы. Делалось все наспех, без соблюдения мер секретности. Стоит ли удивляться, что уже в первые дни оккупации все продовольственные базы оказались разграбленными: что-то забрало население, что-то расхватали разбежавшиеся по домам отряды, что-то вывезли немцы. При этом проводниками у них служили как русские, так и крымские татары.

Тогда же выяснилось то, к чему совершенно не были готовы пропагандисты от ВКП(б): оказалось, что многие простые люди - старики, женщины и даже дети, в том числе и из крымских татар, совершенно не скорбят об утрате советской власти. Может быть, события приняли бы другой оборот, но, к сожалению, оказавшиеся без запасов еды партизанские отряды стали проводить "продовольственные операции", что фактически означало грабеж населения. В мемуарах бывшие партизанские командиры вынуждены признавать, что хотя они и старались изымать продукты и скот только у фашистских пособников, но в короткие минуты, когда с риском для жизни удавалось прорваться в село, было почти невозможно разобраться, пособнику ли принадлежит данная корова, нет ли, - брали все, что под руку попадалось.

Отдельные командиры и комиссары уже тогда били тревогу, предупреждая, что все это вызовет озлобление местного населения. Тщетно. Голод не тетка. Зима 1941-1942 года была такой суровой, а кольцо блокады таким плотным, что практически во всех отрядах начался голод, в некоторых доходило до каннибализма. Немецкое командование умело воспользовалось ситуацией и стало вооружать крымскотатарское население, предоставив ему возможность самому защищать свое имущество. Так появились первые отряды самообороны. В дальнейшем они стали использоваться в карательных экспедициях, а отдельные части и на фронте.

Из песни слова не выкинешь. Да, было и это! Но только ли среди крымских татар нашлись такие, кто взял оружие из рук врага? Помню, по телевизору шла передача о Белоруссии. Слушая патетический рассказ диктора, отец неожиданно для меня выругался и, переключив программу, добавил: "Видел я, как некоторые браты-белорусы в сорок первом в спины нам стреляли!"

В мемуарах брянских партизан я с удивлением прочитал о полицейских батальонах, состоявших исключительно из русских, которые совершали карательные рейды против партизан. Откровением были для меня и рассказы о том, что калмыкские конные отряды нападали на наши колонны, вырезали целые госпитали. А украинская повстанческая армия! К горькому сожалению, перечень этот можно было бы продолжать и продолжать... Меньше всего я хотел бы, чтобы читатель подумал, будто я оправдываю предательство, однако гражданская война, террор ЧК, ГПУ, НКВД, раскулачивание оставили в душах людей незаживающие раны. Слишком у многих был свой счет к советской власти.

В то же время в партизанских отрядах сражалось немало крымских татар. В течение двух с половиной лет без перерыва вели партизанскую борьбу Абдул Амиров, Халил Кадыев, Мамед Молочников, Курсеид Муратов. Искренне хотел бы, чтобы читатели запомнили эти имена, ибо, как рассказал мне один из представителей этой славной когорты, Андрей Андреевич Сермуль, вообще только 27 человек "от звонка до звонка" вынесли это тягчайшее испытание.

Не для того, чтобы "выгораживать" крымскотатарский народ - он в этом не нуждается, - но чтобы напомнить, что в каждом народе есть разные люди, упомяну: на фронтах Великой Отечественной сражались четыре генерала - крымских татарина, более восьмидесяти полковников, более ста подполковников, не говоря уж о младших офицерах и рядовых. Многие отмечены высокими боевыми наградами. Семеро удостоены звания Героев Советского Союза. Султан Аметхан удостоен этого звания дважды. Всего награждено около 50 тысяч крымских татар, и число это могло бы быть значительно большим, если бы массовые награждения в основном проводились не на заключительном этапе войны - в 1944-1945 годах, когда крымских татар к высоким наградам уже не представляли.

Нелишне напомнить также, что крымские татары, находясь на оккупированной территории, наравне со всеми испытывали все ужасы фашизма: точно так же, как и остальных, крымскотатарских девушек и юношей угоняли в Германию, на городских площадях для всеобщего устрашения фашисты вешали партизан и подпольщиков, среди которых были и крымские татары, брали заложников, в том числе и из крымских татар.

В послевоенные годы появилась и стала достаточно популярной версия, что именно крымские татары были виновниками неудач партизанского движения в Крыму. В действительности все обстояло гораздо сложнее. Крымские горы, прорезанные десятками дорог и троп, мало приспособлены для долговременной партизанской войны, это не Кавказ. В отличие от всех других партизанских соединений, крымские партизаны были лишены возможности на сколько-нибудь длительный срок оторваться от противника, чтобы получить передышку. Месяцами отсутствовала связь с Большой землей. А если учесть, что снабжение продовольствием и боеприпасами почти полностью осуществлялось из-за пределов Крыма (эффективность "продовольственных операций" была крайне низка), то приходится признать, что практически на протяжении всех двух с половиной лет борьбы крымские партизаны жили впроголодь. К тому же концентрация войск противника в Крыму не шла ни в какое сравнение ни с одной из оккупированных областей Украины, Белоруссии или России: все это время Крым оставался прифронтовой зоной - линия фронта проходила здесь и в 1941-м (Перекоп, Севастополь), и в 1942-м (Керчь, Севастополь), и в 1943-м (Керчь и Перекоп), и в 1944-м (Керчь, Перекоп, Чонгар). И то был не второстепенный фронт, "затиший" здесь не случалось, здесь из года в год, изо дня в день шли кровопролитные бои.

Концентрировавшиеся в Крыму воинские силы противника по мере необходимости привлекались к борьбе с партизанами. Оккупантам трижды удавалось плотным кольцом окружать лес и прочесывать его насквозь. Как при этом выживали отряды, сколько могли сохранить людей - разговор особый.

Ситуацию осложняли и субъективные факторы. Как нигде, в Крыму был развит антагонизм между вынужденно оказавшимися в партизанах кадровыми военными и специально оставленными для руководства партизанским движением партийно-советскими работниками, которые, как это ни странно, быстрее приспособились к специфическим условиям местной партизанской войны. Армейские же командиры субъективно и крайне негативно оценивали деятельность крымских партизан и небезуспешно добивались сворачивания партизанской войны в Крыму, предлага ограничиться лишь небольшими разведывательными группами.

Сохранился любопытный документ, который позволю себе привести полностью.

"ПОСТАНОВЛЕНИЕ КРЫМСКОГО ОБКОМА ВКП(б)

Об ошибках, допущенных в оценке поведения крымских татар по отношению к партизанам, и о мерах по ликвидации этих ошибок и усилению политической работы среди татарского населения.


18 ноября 1942 г.

Имеющиеся в распоряжении ОК ВКП(б) факты свидетельствуют о том, что татарское население многих деревень не только сочувственно относится к партизанам, но и активно помогало им. Целый ряд татарских деревень горной и предгорной части Крыма долгое время оказывал помощь партизанам (дер. Кокташ, Чермалык, Бешуй, Айланма, Ай-Серез, Шах-Мурза и др.), а десантные части, прибывшие в январе 1942 г. в Судак, целиком снабжались продовольствием окружающими татарскими селами этого района. Отряд Селезнева 4 месяца стоял в деревне Бешуй и снабжался продовольствием.

Нельзя не отметить такой факт, характеризующий отношение местного населения к партизанам. В августе месяце 300 человек партизан 1-го района в виду у населения в течение трех суток ожидали лодку на берегу моря, но никто из местных жителей не выдал их, а наоборот, когда отряд проходил и оставлял за собой следы, то чабан-татарин прогнал по следам партизан отару овец с расчетом замести следы партизан...

Анализ фактов, доклады командиров и комиссаров партизанских отрядов и проверка, проведенная на месте, свидетельствуют о том, что утверждения о якобы враждебном отношении большинства татарского населения Крыма к партизанам и что большинство татар перешло на службу к врагу, является необоснованным и политически вредным. Бывшее руководство центра партизанского движения (тт. Мокроусов, Мартынов) вместо того, чтобы дать правильную политическую оценку этим фактам, вовремя разоблачить подлую политику немецких оккупантов в отношении татарского населения, ошибочно утверждало, что большинство татар враждебно относится к партизанам, что неправильно и даже вредно ориентировало отдельных руководителей отрядов в этом вопросе...

Осудить как неправильное и политически вредное утверждение о враждебном отношении большинства крымских татар к партизанам и разъяснить, что крымские татары в основной массе так же враждебно настроены к немецко-румынским оккупантам, как и все трудящиеся Крыма".

Как никто скупо награждались крымские партизаны. До чрезвычайности скупо, до неприличия. В дневнике Н. Д. Лугового, с которым меня связывала большая дружба в период, когда я - молодой механик автопредприятия - устанавливал имена погибших и пропавших без вести партизан, а он - прославленный командир, пробывший в лесу с первого до последнего дня оккупации - помогал мне в этом поиске, мне довелось прочитать гневные строки о том, что, несмотря на неоднократные представления партизанского руководства, ни один партизан в течение всего первого года войны не был награжден ни орденом, ни медалью.

Андрей Андреевич Сермуль рассказывал, что каждый раз, отказывая партизанам в заслуженных наградах, руководители из Краснодарского штаба партизанского движения говорили: "Вот освободим Крым, тогда и наградим". Наконец, после двух с половиной лет тяжелейшей борьбы, Крым стал свободным. По существовавшему в те годы неписаному, но строго соблюдавшемуся правилу командиры партизанских бригад, отрядов, действовавших на освобожденных Советской Армией территориях, получали высшую награду - звание Героев Советского Союза. Маршал Василевский направил в Государственный Комитет Обороны представления на награждение участников крымского партизанского движения. Представление второго (после Жукова) по тем временам лица в Советской Армии обычно исполнялось беспрекословно, Указ Верховного Совета был всего лишь формальностью. Но в случае с крымскими партизанами произошло нечто исключительное. Как рассказывал мне бывший командир партизанского отряда Алексей Ваднев, когда он привез в Москву наградные листы, то с изумлением увидел, что чиновник из наградного отдела, который должен был передать документы, небрежно отшвырнул их и презрительно сказал: "Наград захотели? Татар надо было лучше воспитывать!"



Депортация

Начав работу над этой главой, я по привычке заглянул в словарь Даля. Слова "депортация" в нем не было. Под рукой оказался "Краткий словарь иностранных слов" (М., 1968): "Депортация (лат. deportatio букв. вывоз) - в буржуазных странах - высылка, насильственное переселение".

Вот так! Это, оказывается, только в буржуазных странах, а у нас, несмотря на то что уже был развенчан культ личности, что уже шла оттепель, никаких депортаций, выходит, нет и не было. Между тем с депортацией, или насильственным переселением, советские люди знакомы давно. С детских лет я, рожденный в первый послевоенный год, знал непонятное, но пугающее слово - Соловки!

Крымчане впервые не в теории, а на практике познакомились с депортацией в годы коллективизации. Только тогда отправляли в Сибирь не по национальному признаку, а по классовому. Причем если понять, кто такой кулак, нормальный человек был еще в состоянии, то с подкулачниками дело обстояло совсем туго: как ни крути, а получалось, что они - самые что ни на есть бедняки. Их, однако, советская власть тоже высылала. Мне доводилось беседовать со свидетелями тех дней. Поразительно, но, оказывается, почти никого из тех, кого эти события не коснулись, они и не ошеломили! Была даже какая-то убежденность, что все делается правильно: "А как же иначе ликвидировать чересполосицу? Трактору простор нужен!" Кроме того, каждый был до поры поразительно уверен: "Меня-то это никогда не коснется - я же не буржуй какой, не дворянин, не кулак!" Но прошли годы, и вдруг стали выселять из Крыма итальянцев. И снова: "Ну так то ж итальянцы! А чего они вдруг в Испании фашиста Франко поддерживать стали! А мы не итальянцы, нас выселять не за что". Потом началась Великая Отечественная. И вновь из Крыма стали насильственно вывозить людей. На этот раз немцев. Тоже без всякой вины с их стороны, а только за то, что они немцы. И вновь почти никто не возмутился, не ужаснулся даже в глубине души: "Боже мой, за что?! Ведь так и меня могут!" Напротив: "Нет, меня не могут. Что я, немец какой, что ли?"

Говорят, тигр, хоть раз отведавший человеческого мяса, навсегда становится людоедом. Однажды приняв "простое" решение о депортации, власти не искали уже иного.

В оккупированном Крыму люди не знали тогда, что "тигр" уже терзает жертву за жертвой: с родных мест были высланы калмыки, карачаевцы, балкарцы, ингуши, чеченцы, месхетинцы. Задолго до войны, как мы помним, были изгнаны курды, корейцы, хемшиды. Но в Крыму об уготованной и его народу участи пока не догадывались. Ждали освобождения от оккупации, прихода родной Советской Армии.

В своей жизни мне доводилось встречаться с людьми, имевшими самый разный жизненный опыт. Беседовал я с моим добрым знакомым, бывшим офицером-пограничником, который в 1943-м участвовал в выселении чеченцев. Из его рассказа я, помимо всего прочего, впервые узнал, каких потерь стоила "нам" эта акция, какую мужественную борьбу вел чеченский народ, с оружием в руках защищая каждый дом, каждый камень. К слову, войну свою с советской властью чеченцы начали еще в 1940 году, подняв вооруженное восстание за свою свободу. Бог им судья. Но уроки истории нам помнить бы не мешало.

Другой мой собеседник, в прошлом тоже офицер-пограничник, участвовал в выселении крымских татар. Был он в то время молодым лейтенантом. Сражалс под Москвой, был ранен. В Крыму оказался на должности командира погранзаставы. Неладное он почувствовал тогда, когда заметил небывалую концентрацию конвойных частей НКВД на полуострове. Пограничникам в этой операции отводилась третьестепенная роль. Непосредственно с населением "работали" специалисты. Народ был ошеломлен. Ни о каком сопротивлении и речи не шло. Следует напомнить, что между днем освобождения и днем начала депортации минул лишь месяц. Почти все мужское население еще оставалось в армии. В Крыму, кроме женщин, детей и стариков, совершенно некстати оказались лишь прибывшие на побывку офицеры, сержанты и сол даты - крымские татары. Мой собеседник рассказывал, что у него сил не хватало смотреть, как конвоиры швыряли этих людей в машины. Какое же недоумение выражали лица тех, кто только что сражался на фронте, был ранен, награжден, а теперь с ними обращались как с врагами народа.

Как остальное население Крыма восприняло депортацию? Да никак! Всем объяснили, что татары оказались предателями и для того, чтобы обезопасить наши границы, принято решение выслать их в Среднюю Азию. "Ну, выслать так выслать. Нас же это не касается". Но вот прошло совсем немного времени, каких-то две недели, и вновь высылают, теперь армян, болгар, греков. "За что?!" Опять объяснение наготове: сотрудничали с немцами, чем-то там торговали. "А-а, сотрудничали, ну тогда конечно. Но нас-то уж никогда не тронут". Однако пришли пятидесятые годы. В Крыму, как и по всей стране, развернулась омерзительная антисемитская кампания. В ход снова была запущена государственная пропагандистская машина: в средствах массовой информации, на политзанятиях, даже в школах стали бичевать "безродных космополитов". В Сибири уже были готовы концлагеря и поселения для приема новых депортированных, но случилась осечка: умер Сталин. Хорошо подготовленному делу дали отбой. А если бы не дали? Может быть, русские, украинцы, проживающие в Крыму, ужаснулись бы, возмутились, хотя бы за себя испугались: "Сегодня евреев высылают, а завтра, глядишь, и до меня доберутся!" Нет! Не ужаснулись, не испугались.

В 1954 году Крым передали Украине. Жив бы был Сталин, решение могло оказаться привычным: взять да и выселить всех русских. Куда? Куда-нибудь в Сибирь. И вновь те, кого это не касается, согласились бы. Да простит мне читатель эти горькие рассуждения, но мне, коренному крымчанину, страшно: на чьи еще головы может, не дай Бог, обрушиться беспощадный удар? На москалей, "лиц кавказской национальности", евреев, украинцев?..

У нас, к сожалению, нет точной статистики, но по приблизительным оценкам только в дороге погибло до четверти депортированных крымских татар. А сколько умерло впоследствии от болезней, голода, непосильного рабского труда! Но и это еще не все!

Народы Крыма были не только депортированы, но и р е п р е с с и р о в а н ы. Под угрозой тюремного заключения им запрещалось покидать отведенные для постоянного места жительства поселки. Так продолжалось до 28 апреля 1956 года. Целых 12 лет! Сколько юношей и девушек только по этой причине не смогли получить образование, не стали художниками, артистами, инженерами, спортсменами!.. Они были обречены оставаться крепостными Страны Советов.




Борьба

Мы уже знаем, что сама депортация прошла практически без малейшего сопротивления. Едва ли можно говорить и о каких-либо акциях протеста при жизни Сталина. Народная молва, правда, из уст в уста передает рассказ о том, как 247 боевых офицеров поехали к нему на прием, да так и не вернулись. Думаю, это легенда. Первые, достаточно робкие, сугубо законные формы протеста крымскотатарского народа против своего бесправного положения относятся к периоду уже после расстрела Берии.

Начиная с 1956 года разворачивается "петиционная кампания" - сбор подписей, который объединил сотни тысяч человек. Первоначально петиции были пронизаны святой верой в то, что после смерти таких сатрапов, как Сталин и Берия, "наверху" обязательно разберутся и примут меры. До боли знакомое: "Вот приедет барин, барин нас рассудит".

В начале шестидесятых создается постоянное представительство крымских татар в Москве, которое занималось информированием общественности, средств массовой информации, правительства о проблемах своего народа. В местах спецпоселений возникают "инициативные группы содействия партии и правительству в решении национального вопроса крымскотатарского народа". Число первых "инициативников" - около пяти тысяч человек, списки официально сданы в ЦК КПСС. Некоторые петиции собирали по сто тысяч подписей, и это встревожило власти - начались репрессии. К 7 и 5 годам лишения свободы соответственно были приговорены, например, в Ташкенте Энвер Сеферов и Шевкет Абдураманов.

Следующий этап борьбы - "интеллектуальный": крымскотатарская интеллигенция обратилась к истории своего народа. Не без изумления молодежь узнавала о том, что еще пять веков назад в Крыму существовало высшее мусульманское учебное заведение - медресе, узнавала о мощи Крымского ханства. Можно себе представить, какое впечатление на слушателей производили лекции об истории народа, - ведь официальная пропаганда твердила: нет такого народа "крымские татары", нет у него своей культуры, истории, нет традиций. Жажда исторической правды стала огромной, восстановление исторической памяти оказалось благоприятной средой для роста национального самосознания.

Логическим продолжением научно-лекционной работы стало создание Союза крымскотатарской молодежи. Это была, пожалуй, перва неформальная организация со своей программой, структурой. Были в ней отделы: исторический, финансовый, даже о с о б ы й, который занимался безопасностью членов организации, следил за тем, чтобы в нее не проникли провокаторы. В августе 1962 года был проведен первый процесс над участниками Союза. Сеит-Амзу Умеров и Марат Омеров осуждены соответственно на 3 и 4 года усиленного режима, несколько человек уволены с работы, несколько исключены из учебных заведений.

К 45-летию создания Крымской АССР впервые состоялись крупные массовые акции во всех регионах проживания крымских татар. Как следствие - волна арестов. Но борьба уже приобретает необратимый характер. В сентябре 1967 года в Ленинабад нелегально съезжаются активисты крымскотатарского движения, которое апеллирует теперь к советской интеллигенции, а через нее - к мировым средствам массовой информации.

Борьба оказалась небесплодной: тогда же, в сентябре 1967 года появляется Указ Президиума Верховного Совета СССР, который фактически реабилитирует крымскотатарский народ (Указ 1956 года всего лишь объявлял "нецелесообразным" дальнейшее содержание народа в спецпоселениях). Но, признав невиновность народа, власти и словом не обмолвились о том, что он может возвращаться к себе на родину.

С радостью и надеждой воспринимали крымские татары известия о реабилитации и в о з в р а щ е н и и н а р о д и н у чеченцев, калмыков, балкарцев, ингушей. И только для них самих путь назад был заказан. Рассказывают, что вопрос ставилс перед Хрущевым, но со свойственным ему невежеством тот рассудил не восстанавливать крымскую автономию, так как... одна татарская республика уже есть - в Казани. Вот так! Более того, стало очевидно, что теперь власти сменили тактику: народ просто лишили имени. Слова "крымский татарин" стали запретными. В паспортах, во всех документах им надлежало писать просто "татарин". Средства массовой информации стали распространять идею о том, что высланные из Крыма татары благополучно укоренились на узбекской земле, от добра добра не ищут - незачем им возвращаться в Крым. А Крым тем временем усиленно заселялся приезжими со всего Советского Союза. Помню, именно тогда, студентом автодорожного техникума, был на сельхозработах в зерносовхозе "Феодосийский" Советского района. Мы жили в домах переселенцев, они все еще пустовали. В поселке было минимум две улицы таких домов, которые прекрасно сохранились и ждали своих хозяев. Боже мой, если бы тогда власти позволили им вернуться! Скольких бед можно было бы избежать!

Увы, этого не произошло.

Поскольку Указ 1967 года нигде не публиковался, крымскотатарский народ имел все основания решить, что несправедливое обвинение с него снято и можно возвращаться. Люди хлынули в Крым. Но ни о каких переселенческих домах уже не было и речи. Покупали за свои, кровные. И здесь стало твориться такое, во что мы, живущие в Крыму русские и украинцы, поначалу не могли поверить: милиция отказывалась прописывать крымских татар, а местные Советы и нотариальные конторы - оформлять покупку домов.

Мой товарищ, работавший председателем поселкового Совета в одном из симферопольских пригородов, был уволен с работы только за то, что зарегистрировал акт купли-продажи дома и прописал гражданку Петрову (фамилия вымышленная). "Криминал" же состоял в том, что Петровой она была по мужу, а в девичестве... Аблаевой!

Людей, уже живущих в купленных домах, стали третировать, а затем милиция принялась выселять их из Крыма. Вновь прокатилась волна судов, но на сей раз по новой для крымскотатарского народа статье - "за нарушение паспортного режима".

Мне и до того доводилось слышать о ненасильственности движени крымских татар за возвращение, но после трагедии Мусы Мамута я понял, какое огромное мужество и выдержку пришлось им проявлять для этого. Муса купил дом в селе Родниковое. Власти отказались оформить сделку, а затем и вовсе посадили его на два года в тюрьму за пресловутое "нарушение паспортного режима". Условно тот же срок дали и его жене. Отсидев фактически ни за что, Муса возвращается в Родниковое, вновь покупает дом, его вновь отказываются прописать, а потом опять приходит милиция,чтобы насильно вывезти всю его семью. И вот тогда Муса обливает себя бензином и горящим факелом идет навстречу милиции. Думаю, мои соплеменники со мной согласятся: русский человек в такой ситуации скорее бы взялся за топор.

Стремясь сорвать процесс стихийного возвращения крымских татар, власти объявляют о якобы плановом их возвращении посредством оргнабора. Но за весь 1968 год было переселено всего 148 семей.

Все эти годы были поистине Клондайком для милицейских и советских чиновников, которые буквально озолотились на взятках за прописку людей, всеми правдами и, увы, неправдами стремившихся возвратиться на родину. Так как же им было не подогревать неприязнь к татарам, почва для которой была уже удобрена: людей поставили в такие условия, когда они в ы н у ж д е н ы были оспаривать друг у друга свои дома.

Много лет спустя на съезде курултая, где присутствовал в качестве гостя, ко мне подошел один из делегатов и рассказал, что вместе со своим другом Рустемом Яшлавским был в 1968 году в Марьине в моем доме. Адрес моего отца дала им мать Рустема, дружившая с отцом с детства. Не скрою, мне было приятно слышать, что в то сложное время отец принял Рустема как сына. К слову, отец Рустема, офицер Советской Армии, погиб на фронте.

В 1968 году крымскотатарское национальное движение впервые пересеклось с правозащитным, во многом благодаря генералу Григоренко. Но именно этот период, когда наконец произошел прорыв информационной блокады, и стал самым трагичным для крымскотатарского движения. Двести его активистов были осуждены, руководство практически обезглавлено. КГБ прибегло к старой, применявшейся еще царской охранкой тактике, направленной на раскол народа. Если раньше "путь в высшее общество" был закрыт для всех крымских татар без исключения, то теперь власти начали протежировать отдельным лицам. Вершиной восхождения по тернистому и не всегда праведному пути партийного функционера стало назначение Сеита Таирова секретарем Джезказганского райкома партии. Провозглашается курс на воссоздание когда-нибудь в будущем национальной автономии... непосредственно в Узбекистане.

КГБ пытается - и не всегда безуспешно - вербовать осведомителей из числа участников движения, вбить клин между правозащитным и крымскотатарским движениями, отсечь крымскотатарское движение от общедемократической борьбы. В феврале 1977 года даже было сфабриковано коллективное письмо Андрею Дмитриевичу Сахарову, подписанное крымскими татарами. Суть его ясна из одной лишь фразы: "Не вмешивайтесь в наши дела, не вредите нашему движению, дорогу в Крым мы найдем без Вас и Ваших друзей". Дезавуировать это письмо удалось только через полгода.

Теоретики от КПСС пытались формировать общественное мнение, объясняя невозможность возвращения крымскотатарского народа перенаселенностью полуострова, отсутствием средств на обустройство, враждебностью крымчан к татарам. Эти мифы разоблачали и А. Д. Сахаров, и С. А. Ковалев, и другие правозащитники.

С началом перестройки судебные процессы против крымскотатарских активистов прекратились, но понимания вопроса не прибавилось. В сущности, все оставалось по-прежнему, однако замалчивать драму уже было невозможно.

20 июня 1987 года в Москву прибывают полторы тысячи человек, которые организуют манифестацию, поддержанную москвичами. На 26-е намечается демонстрация на Красной площади, и тогда, чтобы предотвратить ее, срочно устраивается прием делегации заместителем Председателя Верховного Совета СССР Демичевым. Самым срочным образом в нее включаются доставленные из Узбекистана "представители народа", которые пытаются снять требование о возвращении на родину. Убедившись, что их обманывают в очередной раз, 120 человек все же выходят на Красную площадь с плакатами "Верните крымским татарам родину!", которые люди в штатском вырывают у них из рук. После этого делегацию приняли вторично и сообщили, что проблемой занялся лично Горбачев. В поддержку крымских татар в Президиум ВС СССР с открытыми письмами обратились Евгений Евтушенко, Булат Окуджава, Анатолий Приставкин, Сергей Баруздин и другие деятели культуры. Вероятно, именно они вынудили власти распространить сообщение ТАСС, где наряду с обычной клеветой на народ все же было сказано о комиссии, котора должна будет решить вопрос в комплексе. Читатели, конечно, догадались, что речь идет о пресловутой комиссии Громыко.

Очень скоро стало понятно, что не для решения проблемы она создана, страну вновь всколыхнула волна протеста. В соответствии с новыми веяниями митинги теперь делились на санкционированные и несанкционированные. Нигде, ни в одной области власти не давали разрешения на проведение митингов крымских татар. Но времена все же изменились: арестов, избиений не последовало. Практически целый год шел перманентный митинг, страна бурлила. Но сходит на нет перестройка, все более отчетливо показывают свой оскал "не желающие поступаться принципами", и 23 июня 1988 года при разгоне демонстрации власти используют дубинки и слезоточивый газ. То же самое предпринимают власти и в Ташкенте, хотя там в демонстрации участвовало двадцать тысяч человек, но чего-чего, а милиции и дубинок для борьбы с мирными людьми у нас всегда хватало.

Народ продолжал бороться как мог. Начались забастовки. Да только кто в стране, которая "бастовала" уже более 70 лет, заметит, что кто-то там не работает!

Очередной раз власти прибегают к "зубатовским методам" для раскола движения. Чаще всего для этого привлекаются люди, сломленные заключением. Еще недавно пользовавшиеся уважением народа, они призывают "опираться на структуры КПСС и не форсировать событий". Но в 1989 году Центральная инициативная группа принимает решение о возвращении на родину. Сегодня мы понимаем, сколь верным было такое решение, ибо вскоре разразилась финансовая диверсия КПСС, обесценившая наши сбережения. Счастливы те, кто, не вняв увещеваниям, возвратились в Крым - на борьбу, на самозахваты, на неизвестность. И как трудно, да что там трудно - невыносимо тем, кто не рискнул ехать туда без разрешения, потом это стало не по карману.

Если в 1988 году в Крыму было 17,5 тысяч крымских татар, то к 1 мая 1990-го их насчитывалось уже 83 116 человек. Вновь вышвырнуть народ в Узбекистан или куда-то еще было невозможно.

И тогда власти начинают массовую раздачу лучших земель под индивидуальное строительство и приусадебные участки. Казалось бы, благое дело: дать людям, стоящим в очереди на государственное жилье, построить дом на свои деньги. Но не об этом пеклись власти. Если кто-то пожелает познакомиться с владельцами фешенебельных домов, расположенных практически в городской черте Симферополя, то убедится, что их хозяева - не те, кто мыкались по общежитиям, ютились в коммуналках или снимали угол в частном секторе. Все эти дворцы принадлежат представителям "дворянского сословия" эпохи социализма: партийной, профсоюзной, советской номенклатуре, директорскому корпусу. Дачный бум взвинтил цены на стройматериалы, создал их дефицит.

Процесс же раздачи земель под застройку возвращающимся крымским татарам, как нарочно, а может, и действительно нарочно, стал неуправляемым. Емкое слово "самозахват" наиболее точно отражало суть процесса. Помню, как в Марьине люди сами делили землю на кукурузном поле, расположенном напротив дома моих родителей. Когда вырисовались контуры будущих домовладений, отец подошел к человеку, который был, по-видимому, старшим, и, показав, где проложен силовой кабель, посоветовал не размещать там участков, а лучше проложить дорогу. То ли потому, что отец говорил на крымскотатарском языке, то ли просто ему попался разумный человек, но была сделана перепланировка. Позднее видел разработанные землеустроителями планы крымскотатарских жилых массивов в Бор-Чокраке, в Ак-Мечети, а тогда шел стихийный, далеко не оптимальный процесс. Кстати, "под шум волны" немало участков на кукурузном поле прихватили и мои русские соседи, причем, поверьте, отнюдь не бездомные. То, что в мутной воде рыбку легче ловить, известно всем.

К сожалению, поселковыми, районными, городскими Советами был упущен момент организованного выделения земли тем, кто мог доказать, что был выслан именно из этого села или города. В результате люди в массе стали оседать вокруг Симферополя. Власти полностью утратили возможность влиять на процесс возвращения. Чтобы попытаться взять ситуацию под контроль, срочно создаются комитеты по делам депортированных народов, которые, будучи структурными подразделениями исполкомов, проводили в жизнь политику все той же КПСС - "разделяй и властвуй". Великолепные услови под их руководством были созданы лишь для крымскотатарской номенклатуры.

Учреждение в Москве комиссии Догуживаева стало огромным шагом вперед по сравнению с комиссией Громыко, но она уже не поспевала за событиями. Эх, ее бы решения да лет на пять раньше!

Осознав, что многолетняя война за то, чтобы не допустить возвращения в Крым крымскотатарского народа, проиграна, власти пытаются взять реванш в другом, не менее важном вопросе - о восстановлении государственности. Нужно отдать им должное, был сделан очень ловкий ход, который надолго усложнил ситуацию: КПСС выступила инициатором создания Крымской автономной республики. Идея нашла поддержку у населения, а затем и официальное признание прокоммунистического ВС Украины. Крымский областной Совет автоматически становится Верховным Советом, в котором... нет ни одного крымского татарина. Факт оказался столь вопиющим, что вскоре срочно, без всяких там всенародных выборов в состав ВС кооптируются "представители депортированных народов" - армянского, греческого, болгарского, немецкого и крымскотатарского. Иде "курортной", как ее здесь иронически называют, республики была серьезным вызовом, на который крымскотатарский народ ответил, съехавшись 29 июля 1991 года на свой курултай.




Меджлис

Делегаты избрали меджлис - высший полномочный представительный орган крымскотатарского народа, - сформулировав его задачи:

- ликвидация последствий геноцида, совершенного советским государством в отношении крымских татар, восстановление национальных и политических прав крымскотатарского народа и реализация его права на свободное национально-государственное самоопределение на своей национальной территории;

- осуществление системы мер по возвращению и обустройству крымских татар на исторической родине;

- возрождение национальной культуры;

- экономическое переустройство Крыма и радикальное улучшение его экологии.

Можно ли считать меджлис параллельной структурой власти, о чем постоянно трубили его запретители? На мой взгляд, не более, чем совет независимых профсоюзов или совет предпринимателей. А вот опасно ли требование н а ц и о н а л ь н о - т е р ­ р и т о р и а л ь н о г о с а м о о п р е д е л е н и я - вопрос другой, особенно если его форсировать. К руководству меджлисом - не без борьбы - пришли открытые, непримиримые, бесстрашные враги КПСС.

Полностью утратив таким образом влияние на крымскотатарское национальное движение, власти Крыма перенесли все свое внимание на комитеты по делам депортированных народов, сосредоточив там "послушных". Направляя туда все выделяемые Украиной средства, строительные материалы, они рассчитывали, что народ отвернется от меджлиса, который реальной, а точнее сказать, материальной власти не имел, а потому пойдет к комитетам, станет "кормиться с их руки" и будет управляем. Однако, вопреки этим чаяниям, в отдельных районах комитеты и меджлис начали работать рука об руку, и многие дальновидные начальники рай- и горотделов милиции нашли с его представителями общий язык. Как бы остро ни складывались обстоятельства, умели пойти на компромисс. И видимо, это был единственно безболезненный и плодотворный способ взаимоотношений, ибо нравится это кому-то или нет, но мы обречены жить рядом, поэтому надо делать все, чтобы не отравлять жизнь друг другу, не превращать Крым - наш о б щ и й дом - в коммунальную квартиру.

Увы, далеко не все еще это поняли. Власти, в общем сквозь пальцы смотревшие на самозахваты, неизвестно почему решили вдруг дать бой в местечке Красный Рай близ Алушты. 5 августа 1992 года отряд омоновцев попытался изгнать крымских татар с начавшегося самостроя. Защитники палаточного городка заняли оборону. В кульминационный момент противостояния Дилявер Тохтаров, Урал Бийчельдин и Ибраим Смаилов облили себя бензином и с факелами в руках пошли навстречу милиции, готовые повторить судьбу Мусы Мамута. Только тогда омоновцы отступили, оставив поселок в покое, но, как оказалось, ненадолго. 1 октября к уже отстроенному поселку вновь прибыла милиция - порядка шестисот человек, а также работники ближайшего совхоза. На недавно возведенные дома пустили бульдозеры. Рушились стены, как пистолетные выстрелы, хлопал ломающийся шифер... Жители поселка пытались встать на пути бульдозеров - 26 человек получили травмы, 40 были арестованы. И тогда - старо как мир - действие вот уже в который раз родило противодействие. 5 октября все подъезды к Симферополю были блокированы крымскими татарами, в то время как толпы людей пикетировали прокуратуру, требуя освободить защитников Красного Рая. 6 октября тысячи людей собрались у здания Верховного Совета. Поначалу все напоминало обычный несанкционированный митинг. Требования те же - освободить людей, наказать погромщиков. Но власти на диалог не идут, зато прибывает телеграмма поддержки от Конфедерации горских народов. Толпа всегда опасна, и в 13.00 она сметает милицейский кордон. Милиция спасается бегством. Первый ряд милицейского заграждения, к счастью, оказался невооруженным - это курсанты школы автоинспекции, второй - участковые, опрокинуты и они, многие милиционеры получают травмы, некоторые - весьма тяжелые. Ворваться в здание ВС, однако, не удается: дверь забаррикадирована. В окна летят камни. Размахивая захваченными у милиции дубинками и щитами, толпа направляется к зданию Совмина. Движение городского транспорта парализовано.

Нового столкновения удалось избежать, пожалуй, только благодаря личному вмешательству начальника УВД города полковника Бабюка, который пошел в толпу, безошибочно нашел лидеров (сказались прежние контакты по предотвращению конфликтов на самостроях) и убедил их в бессмысленности беспорядков, так как защитники Красного Рая... уже освобождены.

Приближались выборы президента. Прогнозировалась позици крымскота
_________________
"Весь этот Магометов рай уничтожен дочиста. Взамен пышных городов Тысяча и Одной ночи русские построили несколько убогих уездных городов и назвали их псевдоклассическими именами - Севастополем, Симферополем, Евпаторией"
М.Волошин.
Qirimli
Доступ закрыт




Пришёл: 23.11.2006
Сообщения: 480

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Вс, 25.02.2007, 10:05             цитировать    

Приближались выборы президента. Прогнозировалась позици крымскотатарских избирателей - бойкот. Но все сложилось по-иному. При обсуждении вопроса о будущих выборах председатель ВС Крымской АССР Багров совершенно неожиданно предложил предоставить крымским татарам квоту в будущем ВС. Предложение Багрова с треском проваливается. Багрова не поддерживает никто из депутатов, а его главный соперник на предстоящих выборах Юрий Мешков - лидер Республиканского движени Крыма (РДК), словно в спектакле, поставленном умелым режиссером, берет на себя роль "злодея".

В крымскотатарской среде с удивлением и недоверием наблюдали за происходящим. Не имея привычки получать что-либо от властей, кроме неприятностей, решили добиваться квот своими силами: митингами, манифестациями. Но обычные методы уже не давали эффекта, и тогда, по примеру женщин Приднестровья (дурные примеры заразительны), люди перекрыли движение поездов на евпаторийском участке дороги.

А в ВС разыгрывалось второе действие спектакля. Вчерашний секретарь обкома КПСС "защищал" права крымских татар. Меджлис оказался перед нелегким выбором: либо придерживаться тактики бойкота, но тем самым невольно помогать Мешкову, чья недоброжелательность по отношению к крымским татарам в тот период была просто неприлична, либо взять сторону Багрова, в отношении которого меджлис еще недавно требовал возбудить уголовное дело в связи с организацией разгрома поселка Красный Рай. Зная состав избирательных комиссий, сформированных еще райкомами КПСС, наблюдая огромную работу, проводившуюся администрацией Крыма, средствами массовой информации в поддержку Багрова, трудно было удержаться от мысли, что двести тысяч голосов крымских татар, брошенные на чашу весов, позволят остановить Мешкова (из двух зол...). И крымские татары (удивительно, но факт) проголосовали все же за Багрова. Но на исход выборов это не повлияло. Победил Мешков.

Теперь настала очередь выборов в ВС. Мне довелось присутствовать на заседании курултая, где обсуждался вопрос, нужно ли вообще участвовать в этих выборах: 14 обещанных депутатских мест ничего не смогут изменить, но, приняв эту подачку, крымские татары юридически и фактически признают Верховный Совет и тем самым как бы согласятся на "курортную республику". Не скрою, я с тревогой наблюдал за происходящим. Отказ от участия в выборах неизбежно толкал курултай на изоляцию от демократических сил Крыма, замыкал движение в узконациональных рамках. К счастью, было принято решение в выборах участвовать. Выдвинули 25 человек. В соответствии с рейтингом список возглавил Рефат Чубаров. Все кандидаты принесли присягу отстаивать позицию курултая в Верховном Совете. Тогда эта процедура показалась мне нарочитой, но очень скоро мы все могли наблюдать форменный развал победившего на выборах "Блока Россия", и я невольно подумал, что правы были те члены курултая, которые настаивали на принятии клятвы. Все 14 мест получили представители, на­ деленные полномочиями курултая.

Когда-то Черчилль сказал, что не бывает вечных союзников, бывают лишь вечные интересы. Прид в ВС Крыма, депутаты курултая нашли себе союзника в лице... коммунистов. Думаю, это свидетельство того, что в борьбе за восстановление попранных прав крымскотатарский народ использовал любые ненасильственные методы. Кстати, альянс с коммунистами принес свои дивиденды. Комитеты по делам депортированных народов стали фактически подотчетны меджлису. Два крымских татарина вошли в кабинет министров, причем один из них, Ильми Умеров, - член меджлиса, активный участник борьбы.

После целой серии рокировок в ВС, упразднения поста президента, отставки Председателя Президиума ВС Сергея Цекова и избрания на этот пост Евгения Супрунюка наконец произошло то, что должно было произойти: на первой же сессии ВС Рефат Чубаров, заместитель председателя меджлиса, был избран заместителем Председателя ВС Крыма. А через какое-то время решился и вопрос о легитимности меджлиса как высшего полномочного представителя интересов крымскотатарского народа.




Организованная преступность и национальный вопрос

То, что Крым волею обстоятельств оказался, быть может, одной из самых криминогенных зон на территории бывшего СССР, где организованная и подконтрольная ей "дикая" преступность достигли небывалых масштабов, не могло не затронуть и проблему возвращения и обустройства крымскотатарского народа.

К 1994 году на полуострове действовало порядка пяти крупных мафиозных образований, названия которых, фамилии и клички руководителей известны в Крыму каждому школьнику.

Крым в целом и каждый город в отдельности были поделены по территориальному и "профессиональному" признакам: та или иная группировка контролировала определенные районы и рынки услуг. Частая смена - или, точнее, видимость смены - режимов: уход Багрова - воцарение Мешкова, уход Мешкова - воцарение Цекова, падение Цекова - приход Супрунюка - реальных изменений в ход жизни практически не приносила, зато обостряла претензии стоящих за каждой новой властью преступных группировок, которые немалыми средствами подпитывали ее избирательную кампанию и считали себя вправе претендовать на "благодарность". Если политическая борьба наверху имела хоть видимость легитимности, то борьба за реальную власть на полуострове была дикой, жестокой и бескомпромиссной. Путем серии убийств ликвидирована больша часть преступной группировки "Башмаков" и группировка Дзюбы, затем начался "отстрел" тоже мощной группировки "Греки". Таким образом, раздел сфер влияния почти завершился, и теперь полуостров контролировала фактически одна группировка, которая, ко всему прочему, используя где шантаж, а где подкуп, провела своих представителей в ВС Крыма и Украины, а также в советы низших уровней.

В этой борьбе соперников на уничтожение крымска милиция, похоже, играла роль даже нельзя сказать стороннего наблюдателя, у каждого мало-мальски интересующегося политикой крымчанина сложилось четкое впечатление, что она поочередно "подыгрывала" каждой одерживающей верх группировке. Не зря, наверное, так часто сменялись высшие чины на милицейском Олимпе.

Однако, когда монополия, казалось, была установлена, выяснилось, что помимо территориального и "профессионального" существует еще и национальный принцип разделения сфер. Реальность такова, что крымскотатарские предприниматели платят дань своему, крымскотатарскому рэкету. В отличие от общеизвестных рэкетиров, которых все ненавидят и боятся, их крымскотатарские "коллеги" пытаютс предстать в облике эдаких Робин Гудов, которые не трогают бедных, а то и помогают им и у которых процент "налогообложения" на порядок ниже, чем у правящей группировки. Более того, крымскотатарские мафиози претендуют на роль защитников своих соплеменников от бытовых хулиганов и приходят на помощь там, где милиция бессильна либо не желает связываться.

Но преступники есть преступники. Трудно сказать, существует ли связь между этой группировкой и меджлисом, но для последнего она - объективная реальность: если раньше события, связанные с крымскотатарскими проблемами, развивались в меру возможности по сценарию, написанному меджлисом, то теперь они стали складываться совершенно непредсказуемо.

Многие, вероятно, помнят, что 23 июня 1995 года двое крымских татар, занимавшихся мелкой торговлей на судакском рынке, отказались платить правящей группировке. Расплата последовала незамедлительно - тут же, на глазах сотен людей они были насмерть забиты рэкетирами. Аналогичный инцидент произошел несколькими днями раньше в Симферополе.

25 июня на похороны убитых Роберта Габитова и Эвбекира Веисова в Щебетовку (Судакский район) приехало около десяти тысяч крымских татар. Трудно назвать последовавшие действия стихийными, скорее всего, это была спланированная акция возмездия. Собравшиеся разгромили ресторан "Киммерия", принадлежавший одному из местных "авторитетов", а также сожгли дом директора совхоза-завода "Коктебель" Михаила Яненко, считая и его одним из негласных "хозяев района". Был захвачен в заложники начальник феодосийского РОВД Григорий Яременко.

Чтобы предотвратить дальнейшее развитие конфликта, из Симферополя в район Судака немедленно отправились заместитель председателя меджлиса Рефат Чубаров и заместитель начальника ГУВД генерал Валерий Петухов. У села Дачное колонна легковых автомобилей, в которых участники беспорядков возвращались домой, была встречена усиленными нарядами "Беркута", которые безо всякого повода открыли огонь на поражение. Джамшид Булат и Асан Ибраимов погибли на месте, около 20 человек получили ранения. Подоспевшие Чубаров и Петухов бросились под пули и остановили дальнейшее кровопролитие.

В ночь с 25 на 26 июня состоялась встреча представителей меджлиса Мустафы Джемилева, Рефата Чубарова, Ильми Умерова, Лили Буджуровой, Надира Бекирова с правительством республики, а также представителями силовых министерств Украины. Были продуманы совместные шаги, чтобы взять ситуацию под контроль. А меджлис, со своей стороны, в выпущенном тогда же меморандуме заявил о решимости защищать от бандитов жителей Крыма, независимо от национальности, и потребовал от высших органов власти Украины принятия незамедлительных мер по обезвреживанию бандитов и обеспечению личной безопасности и сохранности имущества каждого крымчанина.

У населения резкий отпор, оказанный крымскими татарами мафии, в общем вызвал сочувствие, так как в Крыму мало кто не испытал на себе последствий деятельности преступных групп. Прежде всего это сказывается на ценах - самых высоких из всех районов Украины. В то же время реакция подавляющего большинства политических партий, трактовка событий в ведущих газетах, по местному радио и телевидению, к сожалению, способствовала разжиганию антитатарских настроений, что и неудивительно: с одной стороны, скоропалительная, необдуманная, хоть и понятная, реакция на беспорядки, с другой - порой кажется, что в Крыму все меньше остается неподконтрольных преступной группировке средств массовой информации.

По горячим следам с негативной и, к великому сожалению, национально окрашенной оценкой событий выступили и некоторые демократические журналисты. В знак протеста Лил Буджурова демонстративно отказалась сотрудничать с союзом независимых журналистов и вышла из состава участников острой и популярной в Крыму телепередачи "Встреча с прессой", где играла одну из ключевых ролей.

Словом, было сделано немало, чтобы разобщить демократические силы полуострова по национальному принципу, и, надо признать, в какой-то мере это, увы, удалось.

События в Щебетовке, не раз показанные по телевидению, снова отпугнули курортников, что, естественно, не способствовало повышению настроения жителей курортной зоны и росту их симпатий к крымским татарам. Боюсь, на этом дело не кончится, если и власти Крыма, и лидеры крымскотатарского народа, и члены политических партий любых ориентаций не усвоят простую истину: разжечь межнациональный пожар легко, погасить невероятно трудно. И сиюминутная выгода от подобных действий не идет ни в какое сравнение с моральным ущербом, который наносит обществу межнациональная вражда, с тяжкими экономическими ее последствиями, я уж не говорю о человеческих жертвах, которые она влечет. За примерами сегодня, увы, далеко ходить не приходится.




Получит ли крымскотатарский народ

желанную государственность?


Если учесть существующую демографическую ситуацию, когда рождаемость среди славянского населения резко падает, смертность ее намного превышает, а в средней крымскотатарской семье норма - трое-четверо детей, когда прекратилось пополнение населения Крыма за счет многотысячной армии военных пенсионеров, то вопрос этот может встать уже в первой четверти XXI века.

Однако у этой медали, как и у любой другой, есть оборотная сторона: опасность национализма. Иным лидерам крымскотатарского движения пора понять, что не об узконациональных интересах, а об интересах всех крымчан должна болеть их душа. Все мы помним, с каким легким сердцем былые крымские руководители давали согласие на строительство в Крыму заводов двуокиси титана, бромного, атомной электростанции, а сами благополучно отбывали в Киев или Москву на постоянное жительство. Ни дл Мустафы Джемилева, ни для другого неведомого нам пока, но вероятного лидера Крыма нет другой земли, кроме этой. И следовательно, о ее будущем следует радеть им уже сейчас.

Сегодня крымскотатарский народ определился в своей ориентации на создание автономной республики в составе Украины. Причин тому много, в частности и та, что пока из всех республик бывшего СССР только Украина оказывает ему пусть крайне недостаточную, но хоть какую-то помощь. Ведущие демократические партии Украины признают право крымскотатарского народа на восстановление утраченной государственности.

Однако очень важно, чтобы крымскотатарский народ, насчитывающий на полуострове уже более двухсот тысяч человек, ни в коем случае не стал разменной картой в дипломатических и прочих играх вокруг Крыма. Что же касается помощи, то кто-то скажет: кому же и помогать Крыму, как не Украине, раз это ее территория! Верно. Но я, коренной крымчанин и р у с с к и й, считаю, что и Россия, признавшая себя правопреемницей СССР, должна бы тоже платить по векселям. Крымскотатарскому народу ох как нужна нынче помощь! Десятки тысяч людей живут в недостроенных домах, в шатких сараях. Инфляция уничтожила сбережения, а баснословные транспортные расходы сделали невозможным перевоз из Узбекистана даже самого необходимого скарба. Тяжкие же материальные услови - тоже питательная среда для национальных обид. А помимо прочего, помощь России носила бы и тот высоконравственный характер, каким отличалась искренняя и бескорыстная защита интересов крымских татар Андреем Дмитриевичем Сахаровым.


В моем родном Марьине есть дом, на фасаде которого написана строка из Корана. За то, чтобы сбылось заключенное в ней благое пожелание, сегодн молятся в Крыму и магометане, и христиане, и иудеи, и караимы. Молюсь об этом и я: "Мир нашему дому!"
_________________
"Весь этот Магометов рай уничтожен дочиста. Взамен пышных городов Тысяча и Одной ночи русские построили несколько убогих уездных городов и назвали их псевдоклассическими именами - Севастополем, Симферополем, Евпаторией"
М.Волошин.
Савилов В.Н.
Адмирал
Адмирал




Пришёл: 15.02.2005
Сообщения: 5072
Откуда: Севастополь
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Вт, 20.03.2007, 04:39             цитировать    

Скан из книги Романько "Советский легион Гитлера" о количестве крымско-татарских добровольцев на службе Гитлеру. Обратите внимание на выводы...

http://www.sevastopol.ws/images/gallery/2833.jpg

С уважением, Владимир
_________________


А вот хрен им, а не Россия, даже если по нас пройдут (с.)
И.Кошкин "Когда горела броня"


Последний раз редактировалось: Савилов В.Н. (Пн, 26.03.2007, 06:58), всего редактировалось 1 раз
kiv
Матрос
Матрос




Пришёл: 18.05.2004
Сообщения: 43
Откуда: Севастополь-Кронштадт
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Сб, 07.04.2007, 09:31             цитировать    

Июль 1942-го. Севастополь. Татары.
Воспоминания выживших очевидцев.


С большим интересом прочел военно-историческое исследование И. С. Маношина о последних днях обороны Севастополя в 1942 году.
Среди многих фактов, приведенных в воспоминаниях очевидцев последних трагических дней обороны, невольно обращаешь внимание на достаточно частое упоминание крымских татар.

Полагаю, что севастопольцам и «гостям» нашего города, будет небезынтересно ознакомиться.


"Под утро из бухты Круглой вышло пять небольших катеров разного типа (торпедовозы, "Ярославчики") 20-й авиабазы ВВС ЧФ курсом на Новороссийск. В районе рейда 35-й батареи к ним присоединился шестой катер, вышедший из Казачьей бухты еще вечером 1 июля около 23 часов. Всего на этих шести катерах находилось около 160 человек - почти вся группа 017 -парашютистов десантников группы Особого назначения Черноморского флота (около 30 человек) и краснофлотцы-автоматчики из батальона охраны 35-й батареи. Все были при оружии. С восходом солнца группу катеров, шедшую в кильватер с расстоянием между катерами в 150-200 метров, обнаружили самолеты противника. Начались атаки самолетов. Моторы катеров перегревались и часто глохли, так как катера были перегружены. По свидетельству командира группы 017 старшего лейтенанта В. К. Квариани, членов группы старшины А. Н. Крыгина, Н. Монастырского, сержанта П. Судака, самолеты противника, заходя со стороны солнца, стали их бомбить и обстреливать из пулеметов по выбору. Прямым попаданием бомб были сразу же потоплены два катера. Катер, на котором находились Квариани и Судак, получил пробоины в корпусе, стал оседать от принятой воды. Заглох один мотор, и катер пришлось поворачивать к берегу, занятому фашистами. Все это произошло в районе берега неподалеку от Алушты. На берегу произошел бой между десантниками и вооруженной группой татар. В результате неравного боя, все, кто остался в живых, были пленены. Раненых татары расстреливали в упор. Подоспевшие итальянские солдаты часть пленных отправили на машине, а часть на катере в Ялту.

В. Е. Турин. Восп. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. лл. 334-333,403-406 А. Н.
Крыгин. Восп. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. лл. 403-406.


"После 5 июля противник отвел свои войска с Гераклейского полуострова и оставил по всему побережью от Херсонесского маяка до Георгиевского монастыря усиленные посты. В ночь на 6 июля, когда группа Ильичева пробиралась по берегу 35-й батареи в сторону маяка, они неожиданно увидели, как красноармейцы и командиры поднимаются по канату вверх по стене обрыва. Как оказалось, это была группа связистов 25-й Чапаевской дивизии. Вслед за ними решили лезть и они. Наверху залегли. Находившийся метрах в сорока от них патруль обнаружил их, пустил ракеты и открыл огонь. Ильичев и Кошелев побежали по берегу в сторону Балаклавы, а Линчик с другой группой связистов влево по берегу. Многие погибли, но небольшой группе из 6 человек, в которой оказался Линчик, удалось прорваться через верховья Казачьей бухты и уйти в горы. Эту группу, как потом оказалось при знакомстве, вел начальник связи 25-й Чапаевской дивизии капитан Мужайло. У него был компас и он хорошо знал местность. В группе был также помощник прокурора Приморской армии, старший сержант и два красноармейца. Последние двое позже ушли, и группа в составе четырех человек продолжила свой путь в горах. В конце июля в горах, где-то над Ялтой, они были схвачены на рассвете во время отдыха предателями из татар в немецкой форме и отведены в комендатуру Ялты. М. Линчик в 1945 году был освобожден из плена американцами и, пройдя госпроверку, был восстановлен в воинском звании, демобилизован и продолжил морскую службу в Азовском морском пароходстве начальником отдела эксплуатации"6.
6. И. С. Маношин. Указ соч. л. 29.

"4 июля попал в плен, написал краснофлотец-радист из учебного отряда ЧФ Н. А. Янченко. По дороге нас конвоировали предатели из татар. Они били дубинками медперсонал. После тюрьмы в Севастополе нас конвоировали через Бельбекскую долину, которая была заминирована. Там очень много погибло наших красноармейцев и краснофлотцев. В Бахчисарайском лагере набили нас, яблоку некуда упасть. Через три дня погнали в Симферополь. Сопровождали нас не только немцы, но и предатели из крымских татар. Видел один раз, как татарин отрубил голову краснофлотцу". Exclamation

76. Н. А. Янченко. Воспом. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. лл. 508 - 512.


"На Бельбеке немец-переводчик объявил, чтобы комиссары и политруки вышли в указанное место. Затем вызвали командиров. А в это время предатели из крымских татар ходили между пленными и выискивали названных людей. Если кого находили, то сразу уводили и еще человек 15 - 20, рядом лежавших.
Мы с Кисловым попрощались и вышли в колонну командиров"79.
79. И. П. Михайлик. Воспом. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. л. 322.

"Изощренность в убийстве наших военнопленных фашистами и их прихлебателями из числа предателей крымскотатарского народа не знала границ.
Военфельдшер 3-го батальона 287-го стрелкового полка 25-й Чапаевской дивизии А. П. Мараренко (Лукашевская) вспоминает, что "их тогда захватили в плен эсесовцы. Гнали вместе с нашими ранеными по дороге на Инкерман босиком. Били и расстреливали обессиленных. Тяжелораненых мы волокли на себе. В Инкермане за колючей проволокой речка Черная. Кто кинулся попить, умыться, там и остался. Всех забросали гранатами"81.
81. А. П. Мараренко. (Лукашевская) Воспом. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. л. 439.

"Все военнопленные проходили сначала предварительную фильтрацию на месте пленения, где отделяли отдельно командиров, рядовых, раненых, которые подлежали лечению и транспортировке либо уничтожению. В полевом лагере под Бахчисараем фильтрация проходила более тщательно. Прошедшие через этот лагерь Г. Воловик, А. Почечуев и многие другие отмечают, что там подразделения предателей из крымских татар, переодетых в немецкую форму, будоражило всю массу военнопленных, выискивая евреев, выпытывая, кто укажет на комиссара. Всех выявленных концентрировали в специальной загородке из колючей проволоки, размером 8 х 10. Вечером их увозили на расстрел. Почечуев пишет, что за шесть дней его пребывания в этом лагере, каждый день расстреливали по 200 человек, собранных в эту загородку.
Эти выявления и расстрелы продолжались во всех лагерях на пути их следования на Украине, Польше, Германии.
Надо отметить, что немцы широко использовали наших пленных в Севастополе и его окрестностях на разминировании...
После такого разминирования, когда шеренгой по сто человек с расстоянием между человеком в 1 или 1,5 метра с палками-щупами в руках шли по минному полю, а сзади вторая такая шеренга, то в живых осталось человек 16. Получивших ранения при взрыве мин пристреливали84.
84. И. С. Маношин. Запись на пленку беседы с Н. Н. Алексеенко.

"В таком же разминировании, но под Балаклавой участвовал и чудом остался жив старшина 1 статьи А. М. Восканов из 79-й бригады морской пехоты. Была одна особенность. За ними в 50 м шла шеренга татар с палками, а позади на расстоянии немцы с автоматами85.
85. А. М. Восканов. Воспом. Фонд музея КЧФ. д. НВМ. лл. 544 - 547.
kiv
Матрос
Матрос




Пришёл: 18.05.2004
Сообщения: 43
Откуда: Севастополь-Кронштадт
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Пн, 09.04.2007, 05:48             цитировать    

Х. Г. Лашкевич
Дневники


Предисловие
Читая дневники и воспоминания свидетелей тех или иных событий, мы попадаем в другую эпоху, видим события глазами очевидцев.
В Государственном архиве Автономной Республики Крым хранится ряд дневников и воспоминаний. Одним из самых интересных нам представляется дневник симферопольца Хрисанфа Гавриловича Лашкевича (Государственный архив АР Крым. - ФП-156 / Крымская комиссия по истории Великой Отечественной войны. - Оп. 1, д. 31, л. 51-115). В дневнике отражены события, происходившие в начальный период Великой Отечественной войны и период оккупации Симферополя немецко-фашистскими войсками в 1941-1944 гг.
К сожалению, об авторе дневника известно немного.
Хрисанф Гаврилович Лашкевич родился в 1860 г. в Макеевке (ныне Донецкая область). Зубной врач по профессии, он прибыл в Симферополь из Харькова в 1916 г., поселился в доме № 6 по Фабричному спуску, где и прожил всю оставшуюся жизнь.
В книге для прописки граждан за 1942-1944 гг. записано, что Лашкевич Хрисанф Гаврилович, вдовец, инвалид-пенсионер, находится на иждивении Тихонова Сергея Васильевича (вероятно, приемного сына или племянника). В период оккупации в квартире проживали еще несколько человек.
Окунувшись в водоворот событий тех лет, русский интеллигент Лашкевич писал: "На правах наблюдателя событий... я считаю себя обязанным... записывать то, что я видел и слышал".
X.Г. Лашкевич писал свой дневник на отдельных листах и прятал их. "Так, что и сам не найду", - констатировал он. Часть дневника он закопал в разрушенном доме.


С приходом немцев от русского народа отшатнулись в местах оккупации все нацменьшинства, пользовавшиеся ранее его силой, трудом, богатствами, культурой. Эти нацменьшинства стараются убедить немцев в том, что они никакого касательства к войне не имели и не желают иметь и что они видят в немцах своих освободителей от русского ига. Они пытаются представить дело так, что войну с немцами ведет якобы не СССР, а один русский народ, который один и должен отвечать за ее последствия, с которым с одним немцы и должны расправляться, не трогая преданных им нацменьшинств. Прежде всего обособились от русских татары, которые создали свой национальный татарский комитет и татарские воинские части в помощь немцам. Татары тотчас же по вступлении немцев в Крым начали вести борьбу с разгромленными русскими войсками, но когда им пришлось иметь в дальнейшем дело с пришедшими в себя остатками Красной Армии, образовавшими партизанские отряды, то боевые качества их проявились воочию и очень ярко: каждое столкновение татар с партизанами неизменно кончается поражением татар. Только путем измены проникающих в состав партизанских отрядов татар немцам удалось уничтожить две группы партизан.
В первом случае бывшие в охране партизанского отряда татары провели немцев к убежищу партизан как раз в тот момент, когда партизаны созывали собрание, где им разъяснялось международное положение. Вся эта группа была уничтожена без встречного боя.
Другой подобный же случай был на днях в лесах по пути к Ялте: татары, бывшие в среде партизан, провели немцев обходными тропками к становищу, но в этом случае на часах стояли не татары, а русские, и потому охваченные со всех сторон партизаны были в последнюю минуту оповещены и успели встретить врага с оружием в руках, - незначительная часть из них сумела спастись. Из татар были составлены отряды для "охраны Крыма".
Первоначально немцы поручили татарам очистить Крым от партизан, однако ввиду неизменно повторяющегося разгрома татар при каждом их столкновении с партизанами немцы принуждены были передать эту борьбу с партизанами в руки румын, а татарам оставили роль разведчиков и шпионов.
3.VIII.42
В первые же дни образования симферопольской городской управы я видел целые волны караимов и армян, набросившихся на управу с желанием рвануть себе кусок общественного пирога. И они пристраивались к теплым местечкам, пристраивались потому, что они не русские, а как инородцам, ненавидящим русский народ, им можно позволить грабить этот народ и забрать над ним власть.
Цивильные татары бросились в частную торговлю, караимы заняли счетные должности, а армяне - административные. Болгары из-за своей малочисленности и из-за недостаточной пронырливости заняли менее скромные места: начальников цехов, хлебопекарен и мастерских. Все граждане из нацменьшинств обращались и обращаются к немецким властям за преимуществами, льготами и милостями и обосновывают свои притязания указанием на то, что они не русские, а армяне, болгары и т. п., то есть ставят себя в положение враждебности к русской народности и к государственности русского народа.
А раз они отмежевываются от русской народности, то это является для немцев вполне достаточным основанием для предоставления этим паразитам разных преимуществ. Но наиболее гнусно было поведение украинцев. На том основании, что они "не русские", украинцы образовали свой украинский комитет и этим сразу отмежевались от своих русских соплеменников.
Создается впечатление, что в СССР никогда не существовало не только содружества, но и союза народов. Все нацменьшинства образуют свои национальные комитеты, один только русский народ на своей земле не имеет своего "русского комитета".
Война ведется в защиту всех народов СССР, но несмотря на это все нацменьшинства уклоняются от принятия на себя ответственности за ведение войны, перелагают эту ответственность на один только русский народ с тем, чтобы все несчастья, все бедствия войны нес только он один, а они, нацменьшинства, будут пользоваться выгодами положения не только при победах, но и при поражениях.


http://www.moscow-crimea.ru/history/20vek/lashkevich4.html

Дневники лучше прочесть полностью:
http://www.moscow-crimea.ru/history/20vek/lashkevich.html
Там много чего нелицеприятного написано.
Qirimli
Доступ закрыт




Пришёл: 23.11.2006
Сообщения: 480

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Пн, 09.04.2007, 07:34             цитировать    

http://900dney.by.ru/

История в человеческом измерении

........
Целый ряд аспектов реальной действительности сохраняют только устные свидетельства и человеческая память, и мы никогда не извлечем подобной информации из официальных документов. Это все то, что составляет «колористическую» сторону исторического процесса, а также то, что относится к «закулисной» стороне собы­тий. Это особенно важно для истории советского общества, которое предельно законспирировало исторический документ и зашифровало его язык. Мы вряд ли получим какую-либо полную истори­ческую картину жизни в СССР, если будем опираться лишь на офи­циальные документы, смысл которых слишком сильно связан с ушедшим политическим контекстом и зависим от него. Массу све­дений сохранила только память людей, и именно она выступает в качестве своеобразной ариадниной нити в блужданиях по лабирин­там изначально «закрытой», «запечатленной» советской истории.

Это, в первую очередь, относится к истории Великой Отече­ственной войны. Наши знания о многих событиях этой войны пред­ставлены в сильно отфильтрованном или мифологизированном виде. Это, конечно, оправдано грандиозностью имевших место событий, но мы вряд ли что-то поймем в них, если и дальше бу­дем ориентироваться только на «священные тексты» 60-х и 70-х годов. Между тем, все отчетливее сегодня представляется, что истоки многих проблем нашего общества находится именно в со­бытиях той войны, именно там завязывались многие узлы, кото­рые мы безуспешно пытаемся распутывать сегодня, и в этом деле нам как нельзя больше нужны драгоценные свидетельства после­дних, еще живущих среди нас участников тех событий. Особенно важно это для нашего, крымского общества, отыскивающего пути достижения национального согласия. Уже более десятилетия ос­нову социальной напряженности на полуострове составляют про­блемы прямо-порожденные событиями Второй мировой войны. И не обратившись к тому, что происходило здесь шесть десятиле­тий назад, мы вряд ли сможем найти тот общий язык, на котором мы будем способны говорить и понимать друг друга. Каким бы сложным и мучительным не был путь восстановления правды.

Устные свидетельства очевидцев могут сыграть здесь неоцени­мую роль, поскольку в отличие от официальных документов и вер­диктов, именно они являются элементами живой ткани истории, той самой ткани, которую мы хотели бы восстановить. У нас еще есть уникальная возможность выслушать и записать драгоцен­ные свидетельства очевидцев, которых в силу естественных при­чин с каждым годом становится все меньше. Именно поэтому мы, Крымский республиканский краеведческий музей и издатель­ство «СОНАТ» решили осуществить этот многолетний проект — Устная история. XX век глазами очевидцев — в котором, как мы надеемся, примут участие множество людей — очевидцев и про­фессиональных исследователей.

Первыми в запланированной серии мы публикуем воспоми­нания участника партизанского движения в Крыму в 1941—44 гг. Андрея Андреевича Сермуля, записанные с его слов в 2003— 2004 гг. Он является одним из тех людей, которые пережили всю почти трехлетнюю эпопею партизанской войны в горах Крыма, в которой он последовательно прошел путь от рядового бойца-раз­ведчика до комиссара партизанского отряда.

История партизанского движения в Крыму известна нам сегодня достаточно схематично и в типичном для советской истори­ографии Великой Отечественной войны ключе, где преобладало освещение одной стороны дела — героизма участников тех собы­тий. Что касается целого ряда «непростых» моментов в истории партизанского движения, связанных, в частности, с просчетами командования, недостатками организации партизанского движе­ния и снабжения партизан, внутренними противоречиями в руко­водстве движения и с таким явлением как коллаборационизм, то они, как правило, «опускались» историками и авторами достаточ­но многочисленных воспоминаний из различных соображений, в основном идеологического порядка. Не умоляя значения того, что было сделано ранее, все же приходится констатировать, что мы, поколение не знавшее войны, сегодня крайне плохо представляем себе один из ключевых моментов нашей истории, а многочисленные лакуны в наших знаниях стремительно заполняются всевоз­можными домыслами, версиями и мифами.
_________________
"Весь этот Магометов рай уничтожен дочиста. Взамен пышных городов Тысяча и Одной ночи русские построили несколько убогих уездных городов и назвали их псевдоклассическими именами - Севастополем, Симферополем, Евпаторией"
М.Волошин.
ranglex
Старший лейтенант
Старший лейтенант




Пришёл: 16.11.2005
Сообщения: 787
Откуда: Севастополь
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Вс, 15.04.2007, 09:20             цитировать    

Уважаемые участники, еще раз вынужден всем напомнить, что в данной теме рамещаются только тексты исторических исследований или их реферирование со ссылкой на источник.

Это делается той целью, чтобы у каждого была возможность ознакомиться с материалом, не замутненным комментариями, и сделать свои собственные выводы.

Для комментариев и критических разборов текстов, которые будут приводиться здесь, имеется отдельная тема

_________________
(С) Гельвеций: Знание некоторых принципов легко возмещает незнание некоторых фактов.
Sevdig
Адмирал
Адмирал



Возраст: 49
Пришёл: 02.04.2003
Сообщения: 4583
Откуда: Подземный Севастополь
Личное сообщение
Профиль      Сайт

Прямая ссылка на это сообщение Пт, 16.11.2007, 04:09             цитировать    

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ КРЫМСКИХ ТАТАР В КОНТЕКСТЕ ЛОГИКИ СИСТЕМЫ В ЭПОХУ ВЕЛИКОЙ ВОЙНЫ


Чтобы разобраться в проблеме, доставшейся нам от прошлого, необходимо понимание объекта исследования. В первую очередь понимание самой эпохи, которой данный вопрос касается и через которую только и может быть раскрыт. Понимание эпохи такой, какая она есть, через ее исторически сложившиеся и ей имманентно присущие черты, формирующие ее особую логику, определяющие ее социокультурную цельность и самодостаточность.

Главным условием этого является задача анализировать исторические процессы в алгоритме исследуемой эпохи [1, с. 539], изучать эпоху сообразно с ее собственной логикой. В противном случае в процессе исследования ускользнут те социальные смыслы и факторы, которые являются для нее основополагающими. Вот почему игнорировать это требование, значит, не понять исследуемое, а искать в нем те желанные ответы, которые делают историю служанкой власти, либо тех политических сил, которые в этих ответах заинтересованы [См.: 2; 3]. Именно это требование было в свое время упущено при рассмотрении такой непростой проблемы как насильственное переселение крымских татар в 1944 году после освобождения Крыма во время Великой Отечественной войны.

Согласно общепринятому мнению, насильственное переселение крымских татар в 1944 году, вошедшее в историю под названием «депортация», «по нормам международного права иначе как геноцидом не назовешь» [4]. И этот вывод, утвердившийся в годы перестройки, стал обвинительным приговором Советской власти. В нем депортация представляется жестокой, преступной, бессмысленной, алогичной, абсурдной, бесчеловечной, и, как следствие, таковым признавался и сам режим, обрушившийся на невинные народы, пострадавшие в годы нацистской оккупации не меньше остальных. Несправедливость действий Советской власти особенно бросалась в глаза на фоне появившихся в годы перестройки публикаций, сообщавших, что на фронтах Великой Отечественной войны воевало 60 тысяч крымских татар, и каждый второй пал смертью храбрых [5]; что 50 тысяч крымских татар за героизм на фронтах были удостоены правительственных наград; что каждый пятый из взрослого населения сражался в партизанских отрядах и подполье, 26 тысяч погибло на фронтах и 12 тысяч - в оккупации. Но, несмотря на это, в мае 1944 года по распоряжению правительства из Крыма было выселено 400 тысяч татар, каждый третий из которых умер в изгнании [4].

Впрочем, в газетах, журналах и научных сборниках появлялись и другие факты, в корне отличающиеся от вышеназванных [См.: 7, 8]. Так, в частности, в них говорилось, что:

• среди татар было немало героев, получивших самые высшие награды или отдавших жизнь за свою страну, но их было

не десятки тысяч, а значительно меньше;

• в Советскую армию было мобилизовано 20 тысяч татар, но большая часть их дезертировала [См:.:9, 10], когда

Крым заняли немцы;

• в годы оккупации в Крыму погибло не 12 тысяч, а 247 татар [11, с.70-71], что составляет 0,1% от их довоенной численности. За это же время представителей других народов Крыма погибло 90243 (8% от довоенной численности крымчан), не считая военнопленных. Кроме того, 85 тысяч крымчан было угнано в Германию (сведения об угнанных татарах не публиковались), но мы в данном случае учитываем не угнанных, а только уничтоженных людей [12].

И, таким образом, если соотнести с общей численностью каждого народа, татар в годы оккупации погибло не столько же, а в 80 раз меньше, чем остальных жителей Крыма;

• на 1 июня 1943 года в партизанском движении участвовало всего 6 татар. Но в 1944 году, когда все Левобережье было освобождено, а Советская Армия подошла к Крыму, число их увеличилось до 598. При этом 219 из них (то есть почти половина) ранее служили у оккупантов [11, с. 160];

• в мае 1944 года из Крыма в восточные районы страны было выселено не 400 тысяч, а 194111 крымских татар [11, с.161].

Впрочем, это еще не все. Как позже вспоминал командующий немецкими войсками в Крыму генерал Э. фон Манштейн «татары сразу же встали на нашу сторону» [13, с. 238]. Проявлялось это в массовом дезертирстве, в помощи оккупантам, в использовании татар в качестве проводников для разгрома и окружения отступавших советских войск, в нападении на обессиленные в постоянных боях советские части и тотальном разграблении партизанских баз [14, с. 61].

Одновременно, в первые же месяцы оккупации началась вербовка крымских татар в воинские части и батальоны самообороны, которые активно помогали немцам наводить «новый порядок» в Крыму. К ноябрю 1942 года в Крыму уже было 8 батальонов крымских татар. Весной 1943 года добавился еще один. Несколько батальонов и хозяйственных рот не завершили формирование [14, с. 153-158]. В общей сложности с оккупационными властями активно «сотрудничали» около 20 тысяч татар [14, с.155-157; 15], что составляло примерно 10% от их общей довоенной численности. Те же данные приводятся и в труде Й. Хоффмана «Восточные легионы в 1941-1943 гг.», выпущенном Институтом военной истории Германии в 1976 году [См.: 16].

Они же в целом совпадают с количеством татар, ушедших на фронт. И это, видимо, не случайно. О том, чем занимались татарские добровольцы, как помогали новым хозяевам устанавливать «новый порядок», можно судить по следующей выдержке из сборника «Крым многонациональный»: «24 марта 1942 г. гитлеровцы совместно с отрядом, сформированным из татарского населения деревни Коуш, совершили карательную операцию в греческой деревне Лаки (Бахчисарайский район). Большинство жителей этой деревни, оказывавших помощь партизанам продовольствием, было расстреляно, деревня сожжена дотла [8, с. 83-84]. По сводке от 3 июля 1944 г. такая же участь постигла 111 сел и населенных пунктов Крыма, а в список, не подлежащих восстановлению было внесено уже 182 названия сел и деревень [11, с. 77].

В «Сообщении ТАСС» от 25 июля 1987 года подводился общий итог деятельности татарских «отрядов самообороны»: «При активном участии этих формирований были разгромлены партизанские базы, выжжены населенные пункты вблизи лесных массивов и истреблены их жители. Так была создана «мертвая зона» вокруг партизанских отрядов. В процессе карательных операций с участием крымскотатарских националистов были истреблены 86 тысяч мирных жителей Крыма [дальнейшие исследования показали, что жертв было более 90 тысяч - авт.], 47 тысяч военнопленных и 85 тысяч человек угнано в

Германию. Уничтожались в основном русские, украинцы, евреи, греки, цыгане. В совхозе «Красный» например, преступники из 147-го и 152-го батальонов соорудили печи, в которых круглосуточно сжигались живые люди» [12].

Анализируя эти данные, академик Украинской академии политических наук П. Хриенко приходит к нелицеприятному выводу: «Если... в научном обороте останется указанная цифра..., то действительно в истории сохранится факт массового предательства». И далее: «факт массового предательства, если верить цитируемым документам, налицо» [17].

Обычно в таких случаях в ответ можно услышать, что предатели в Великой Отечественной войне встречались самой разной национальности. Совершенно верно. Вопрос в другом: сколько их было и какую часть от своего народа они составляли?

Такие данные есть в архивах Потсдама и Москвы. И они опубликованы. Общее число граждан СССР, служивших рейху в различных воинских частях - до 180 тысяч. Из них: до 40 тысяч - кавказские и «туркестанские» части; до 10 тысяч - дивизия СС «Галичина»; около 28 тысяч - войска РОА 599-й бригады; до 10 тысяч - «казачьи» части; 15 тысяч - т. н. «зенитчики» (военнопленные, завербованные в части ПВО); около 40 тысяч - жители Прибалтики [18]. Не трудно подсчитать, что их общая численность составляла не более 0,1% от всех граждан СССР. При этом более половины из них - представители национальных окраин. В этом списке нет, разумеется, тех, кто не был карателем, но по тем или иным причинам сотрудничал с оккупационными властями. Они не учитываются и среди татар. Недаром в татарской газете «Азат Крым», издававшейся в годы оккупации, говорилось, что не 10%, а 15% крымских татар являются активными помощниками новых властей. Сравним эти цифры: 0,1% предателей от всех граждан СССР и 10% от общей численности крымских татар - разница получается в 100 раз.

Нередко также говорят, что татар заставили, что они шли служить немцам вынужденно, под давлением обстоятельств. Возможно, что какая-то часть оказалась именно в таком положении. Но не будем сравнивать условия, в которых оказались татары, с положением военнопленных, попавших в немецкие концлагеря. Значительная часть их погибла от нечеловеческих условий жизни и труда. И все же, несмотря на это, доля тех, кто решил пойти служить рейху, чтобы вырваться из концлагеря и таким образом уцелеть, была всего 2-3% от их общего числа [18].

Итак, «действительно массовые предательства среди крымских татар были» [17], но можно ли обвинять весь народ? 20 тысяч - это много или мало? Насколько сам крымскотатарский народ разделяет ответственность за своих сыновей? Не надо видимо говорить, что в борьбе против фашизма участвовал весь советский народ, но каждый на своем месте. Весь народ не может брать в руки оружие, ибо есть предел, какой может позволить себе страна на содержание воюющих на фронте солдат.

Напомним, что 93 тысячи призванных в армию крымчан составляли 8,2% от всех жителей Крыма [11, с. 160]. По данным начальника Генерального штаба генерала С.М. Штеменко максимальная численность Советской Армии в годы войны была 11 миллионов с небольшим, что составляло, по его мнению, 6% от всего состава населения (с учетом потерь в войне - около 8%) [19, с. 506]. И это в стране, которая все свои силы бросила на войну с врагом, действуя по принципу «Всё - для фронта, всё - для победы!» Численность сотрудничавших с оккупантами татар составляла от их общей довоенной численности около 10%. Много это или мало? Скорее всего достаточно, чтобы говорить не об отдельных «отщепенцах», а о неком общем настрое, типичном для всех татар. Ведь если бы сотрудничество с оккупантами осуждалось в их общей массе, оно бы никогда не стало массовым явлением. И Сталин это, видимо, хорошо понимал. Понимал и действовал в условиях продолжавшейся войны, руководствуясь логикой войны, помноженной на логику Системы, поставленной на грани выживания; Системы, рассчитанной и настроенной на выживание и победу, чего бы ей это не стоило.

Сейчас, вспоминая о Великой Отечественной войне, мы все чаще говорим о цене, какую пришлось заплатить за победу, и это, видимо, нормально. Страшная цена, чудовищно огромная. Но если бы все тогда начали думать об этом, войну бы не выиграли. Каждый народ, начиная или вынужденно принимая эту Войну, понимал, что на карту поставлено все, и должен был быть готовым жертвовать во имя победы многим, если не всем. И тогда это было всем понятно. Мы поняли сейчас, насколько это было чудовищно, но не поняли, насколько эффективно. Не поняли, потому что тогда не жили.

Теперь о наказаниях в условиях войны. Напомним, что сразу после начала войны с Японией руководство США отдало распоряжение всех, находившихся в стране представителей японской национальности, поместить в специально для этого созданные концлагеря. Их отправили вглубь страны, в знойный штат Колорадо. Быстро и организованно. Что они там выдержали, не трудно догадаться. И это при том, что непосредственной угрозы нападения на США и их последующей оккупации не было. Угрозы нападения не было, но была угроза безопасности страны в условиях тяжелой войны, где ставка была слишком высока, чтобы не принимать тяжелых, для многих людей трагических, но стратегически оправданных и неизбежных превентивных мер, приведших в конечном итоге к победе и позволивших спасти тысячи и тысячи жизней мирных граждан.

Мы знаем также, каким жестоким наказаниям нередко подвергали противники мирных жителей воюющей страны. Примером тому служат бомбежка английской авиацией Дрездена, приведшая к гибели 100 тысяч мирных жителей в течение нескольких часов, разрушение Токио, трагедия Хиросимы и Нагасаки, напалм и ковровые бомбардировки во Вьетнаме, уничтожение американцами мирных жителей вьетнамских деревень. Они не воевали непосредственно, но сочувствовали, и по мере сил помогали тем, кто воевал. И были уничтожены. Где расчетливо, а где на помноженных страхом эмоциях. Это страшные, особо трагичные страницы каждой войны. Особенно, современной. Когда с мирными жителями расправлялись, поступив так не по нормам международного права, а по законам войны. Бесчеловечным законам, которые не учитывают смысл и целесообразность человеческих прав и свобод, а исходят из принципа уничтожения любых ресурсов противника, в том числе и людских.

Уточним, что в данном случае мы намеренно взяли те случаи, которые кажутся бессмысленными и чудовищными с точки зрения обычного здравого смысла и были осуществлены армиями стран, давно провозгласивших принципы демократии и гуманизма

основополагающими нормами международного права; стран, испытавших ужасы военных потерь, но не видевших на своей территории десятки полностью разрушенных городов, сотни выжженных сел и деревень, миллионы уничтоженных людей. Когда в Великой Войне стоит вопрос о жизни и смерти уже не людей, а стран и народов, когда безжалостный враг использует все средства для массового уничтожения, превращая целые районы в мертвую зону, было бы странно ожидать иного в ответ. Мы можем сейчас лишь догадываться, какая волна ненависти поднялась в душах советских людей при виде зверств нацистов. Она помогла им выстоять и победить, но не обрушилась на головы немецкого населения, испытавшего все тяготы оккупации, но не узнавшего ужасы того порядка, который они породили и принесли другим народам, потому что солдаты Советской Армии за крайне редким исключением оставались людьми. Не видим мы этого и в отношении крымских татар. Более того, на фоне чудовищных зверств, осуществленных нацистами и их приспешниками в СССР или американцев во Вьетнаме, акция, сделанная по указанию И.В. Сталина в отношении крымских татар, выглядит просто гуманно. Так что кровожадность его, видимо, была сильно преувеличена. Так же как и свирепость русских солдат, не оставивших после себя ни сожженный дотла Дрезден, ни Хиросиму, ни Лидице, ни Хатынь, ни Сонгми.

Что же мог сделать И.В. Сталин с крымскими татарами в условиях войны после освобождения Крыма? У него было три возможных варианта:

• последовательное и беспощадное наказание всех крымских татар, виновных и причастных к истреблению советских людей (проведение развернутых следственных мероприятий по выяснению полной картины причастности татар к карательным акциям против местного населения, выявлению всех виновных, от конкретных действующих лиц до их прямых и косвенных пособников; тотальные зачистки с быстрым и беспощадным наказанием всех, в той или иной мере, причастных к уничтожению населения и военнопленных);

• насильственное выселение всех татар, но не на поселения в Среднюю Азию, а в сибирские концлагеря, с последующим расследованием всех преступлений времен войны с их участием, определением степени вины и наказания каждого от карателя до пособника в проведении геноцида крымчан;

• организованная насильственная высылка на поселения, с автоматическим списанием конкретных обвинений в преступлениях, в места компактного проживания мусульман с последующим оказанием помощи в обустройстве.

Каждая из этих мер вполне сообразуется с логикой Большой Войны и Системы, но степень наказания в них разная. Стоит ли говорить, что из них был выбран самый щадящий вариант? Самый щадящий для Крыма и крымчан, для СССР, и даже для самих крымских татар.

Советское руководство так поступило потому, что в условиях продолжения войны на своей территории И.В. Сталин не счел нужным и возможным преследовать и уничтожать тысячи татарских «отщепенцев»; гоняться за ними по горам и лесам; отлавливать и разбираться с каждым, теряя своих людей, обрекая на новые страдания местных жителей, тратя ресурсы, время, усилия на утомительную, изматывающую страну борьбу, которая могла затянуться на многие годы. Решение было принято иное. Оно предусматривало не депортацию, что означало бы высылку за пределы СССР, а насильственное переселение татар в те районы, где их адаптация пройдет максимально быстро и щадяще, не провоцируя новую религиозную и национальную рознь, и не будет при этом угрожать безопасности страны.

По сути, этим переселением в Крыму было снято неизбежное столкновение между татарами и остальными крымчанами (в том числе, с возвращавшимися с фронта домой), чьи близкие были уничтожены ими в период оккупации. Насколько это было серьезно, мы можем судить по событиям 1943-1944 годов в юго-восточной Польше и Западной Украине (Полесье, Холмщина, Восточная Галичина), где в столкновениях между украинцами и поляками по некоторым данным погибло около 100 тысяч человек с обеих сторон, и были сожжены сотни сел и деревень. Тогда, чтобы избежать дальнейшего кровопролития правительства Польши и Советского Союза произвели «обмен» населения, в ходе которого было переселено 810 тысяч поляков в Польшу и 483 тысячи украинцев в УССР, а также около 40 тысяч чехов и словаков в Чехословакию. Так что татар фактически спасали от физического истребления и давали возможность свою вину по возможности искупить.

Во исполнение этого 11 мая 1944 г. ГКО приняло постановление «О крымских татарах», в котором оглашалось решение об их переселении в Среднюю Азию. В нем, в частности говорилось: «В период Отечественной войны многие крымские татары изменили родине, дезертировали из частей Красной Армии, обороняющих Крым, и переходили на сторону противника, вступая в сформированные немцами добровольческие татарские воинские части, боровшиеся против Красной Армии; в период оккупации Крыма немецко-фашистскими войсками, участвуя в немецких карательных отрядах, крымские татары особенно отличились своими зверскими расправами по отношению к советским партизанам...». Насколько это соответствует действительности, каждый может судить теперь сам.

Кроме определения общей задачи ГКО расписал порядок и условия переселения в деталях. В соответствии с этим «спецпереселенцам разрешалось взять с собой личные вещи, одежду, бытовой инвентарь, посуду продовольствие в количестве до 500 кг на семью». Остальная собственность описывалась с составлением соответствующего документа (т.н. «обменных квитанций») для последующей компенсации. На каждый эшелон выделяли врача и медсестер «с соответствующим запасом медикаментов для медико-санитарного обслуживания спецпереселенцев в пути. Для обеспечения людей горячим питанием и кипятком в пути следовало выделить продуктов... из расчета суточной нормы на 1 человека: хлеба 500 г, мяса и рыбы 70 г, крупы 60 г, жиров 10 г».

В местах расселения разрешалась выдача ссуды в размере до 5000 рублей на семью для строительства жилья и ведения хозяйства с рассрочкой на 7 лет. Сразу по прибытии взрослые спецпереселенцы обеспечивались работой в совхозах и на промышленных предприятиях. Кроме того, в течение июня-августа 1944 года все получали помощь продуктами (норма в месяц на человека: мука и овощи - по 8 кг, крупа - 2 кг) [11, с.135-136].

Стоит отметить, что насильственному выселению «подверглись не все крымские татары... От «статуса переселенца» освобождались участники крымского подполья, крымские татары, действовавшие в тылу противника в интересах Красной Армии и члены их семей. Нередко удовлетворялись просьбы вернуться в Крым и татар-фронтовиков. Не выселялись и женщины татарки вышедшие замуж за русских. Предложения об этом были изложены в Донесении на имя народного комиссара внутренних дел СССР Л.П. Берии от 1.08.1944 за подписью В. Чернышова и М. Кузнецова» [10, №3].

По завершению переселения в телеграмме И.В. Сталину наркома внутренних дел Л.П. Берии докладывалось, что «все татары к местам расселения прибыли и расселились в областях Узбекской ССР - 151604 человека, в областях РСФСР - 31551 человек. В телеграмме наркома внутренних дел Узбекской ССР Бабжанова на имя Берии сообщалось, что по пути следования эшелонов с татарами в Узбекистан умер 191 человек [17].

Было ли это решение из ряда вон выходящим? Едва ли. Об этом свидетельствуют уже упомянутый «обмен» гражданами между Польшей и СССР в 1944 году, а также операция «Висла», проведенная в Польше в апреле-августе 1947 года после ряда террористических акций, осуществленных бойцами УПА (бандеровцами) на ее территории. В результате этой операции местные жители-украинцы, проживавшие в юго-восточной части Польши (Западная Галичина, т. н. Холмщина и Подляшье) были переселены в районы Вислы, где ранее жили немцы. Кроме того, было осуществлено переселение (настоящая депортация) немцев из Восточной Пруссии (территория послевоенной Польши) и Судетской области (территория Чехословакии) в Германию.

Сейчас представители крымских татар говорят, что в пути и в первые месяцы после переселения их умерло до 46%. Словно они оказались не в теплой Средней Азии, а лютой зимой в блокадном Ленинграде. Будто им пришлось в зимние холода жить в полуразрушенных неотапливаемых домах, получая осьмушку т. н. «хлеба» (125 г.) в день. Безусловно, условия, в которых крымские татары оказались, были тяжелые. Жить было негде. Приходилось строить сначала времянки, а лишь потом постоянное жилье. Трагизм положения татар обострялся потерей родины, внутренним состоянием «исхода», изгнания. Но в остальном условия их жизни были не хуже положения тех миллионов советских людей, которые в результате войны после эвакуации оказались за Уралом без жилья, и были вынуждены по возвращению в родные села и города их полностью восстанавливать. Банально, но все познается в сравнении. И нам надо сравнивать положение татар не с сегодняшним днем, а с тем, что можно было увидеть по всей стране во время и сразу после войны. Впрочем, есть пример и 90-х годов: беженцы из Чечни, жившие в палатках не один год. Жить в таких условиях очень трудно, но никаких данных о массовой гибели людей в лагерях для беженцев мы не наблюдали. Не наблюдали, потому что такой процент смертности, какой называют представители крымских татар, возможен лишь в случае организованного физического уничтожения людей или массовой эпидемии.

Итак, задумаемся: кто в этой войне больше настрадался? Кому было тяжелей? Кто перенес большую трагедию и отдал больше жизней? И тогда придется признать, что описание условий переселения крымских татар, безусловно, суровых, вряд ли можно сравнить с теми лишениями, которые пережили советские люди, подвергшиеся в 1941 году вынужденной эвакуации за Урал, спасаясь от быстро наступавших немецких войск. Тогда все их имущество умещалось в одном-двух чемоданах или нескольких вещмешках. Эшелоны, уходившие на восток, постоянно бомбили. Воды и еды, топлива катастрофически не хватало.

А потом были трудные будни тыла. Жить и работать приходилось, и в дождь, и в лютый мороз, в неотапливаемых помещениях, или просто в палатках, где стояли станки и аппаратура эвакуированных в тыл заводов. Работать, выпуская продукцию для фронта, взрослым и детям, без выходных по 12 часов в день. Работать, несмотря на голод, хроническое недосыпание и сковывавший руки холод. И люди не только выдержали, но и победили. Победили потому, что верили своей стране и несмотря ни на что оставались людьми, не давая выплеснуться ненависти на другие народы.

Немало этому способствовала и общественно-политическая структура Советского Союза, представлявшего, по мнению С.Г.Кара-Мурзы «систему с отрицательной обратной связью по отношению к конфликтам...», где «при обострении противоречия автоматически включались экономические, идеологические и даже репрессивные механизмы, которые разрешали или подавляли конфликт, «успокаивая» систему» [20, с.226-227] и не позволяя одним народам истреблять другие. Можно ли считать после этого политику переселения крымских татар геноцидом, если в действительности геноцид означает курс на уничтожение народа, на планомерное сокращение его численности и социальную деградацию [См.: 21]? Можно ли считать геноцидом действия власти, если в их основе максимально щадящий для участников войны вариант снятия крайне напряженной проблемы [22, с. 255-256]? Видимо, нет. Но теперь все выглядит как бы иначе. И «чудом уцелевший народ» [23], возвращаясь на родину, чтобы наладить здесь свою жизнь, рассматривает насильственное выселение из Крыма как историческую обиду, давшую преимущества не «истинным хозяевам Крыма» - крымским татарам, а его «квартирантам».

Что-то в этой истории забылось, что-то не так вспомнилось. И снова история используется, как аргумент в сегодняшней борьбе за власть, территорию и ресурсы. В ней Советский Союз продолжает выглядеть «империей зла», а применяемое Советской властью насилие представляется изначально «преступным даже в самые критические периоды, когда государственные органы были вынуждены решать срочные и чрезвычайные задачи ради спасения множества жизней граждан» [20, с. 215]. Почему эти доводы многими гражданами Украины и России и сейчас не воспринимаются? Видимо, это связано с господством определенных мифологий, цель возникновения и функционирования которых еще не завершена [См.: 24].

Итак, даже на примере лишь одного эпизода Великой Войны видно, что история ХХ века еще не написана, поскольку оченьмногие вопросы оказались значительно сложнее, чем это представлялось ранее официальной историографией. И один из самых интересных и актуальных вопросов этого периода касается осмысления роли «мусульманских легионов» крымских татар в Великой Отечественной войне, а также политики Советской власти в годы Великой Войны в контексте как логики самой Системы, так и логики войны. Ее современный анализ, в частности, показывает, насколько упрощенной и однобокой, а, следовательно, крайне мифологизированной, была подача информации в период «перестройки», вошедшей в историю под лозунгами демифологизации и возвращения к исторической правде. Тогда было не очень понятно, что за всем этим кроется, и кто за этим стоит. Тайные пружины этих процессов тогда еще не проступили, механизм их развертывания был не вполне ясен. Но проявившиеся во всей своей мощи в последнем десятилетии ХХ века после победы США в «холодной войне» контуры глобализации вынуждают нас воспринимать эти процессы как маленькую, но очень важную составляющую новой Большой Игры [См.: 22, с. 260-276; 25, с. 206-343, 389-416]; Игры, в которой народы снова будут объектом политики и средством, а их исторические обиды будут использоваться в борьбе за мировые ресурсы для их разъединения, максимального ослабления и подчинения новым победителям, которые рассчитывают, что так будет всегда.



Источники и литература

1. Шлезингер-мл. А. М. Циклы американской истории // А.М. Шлезингер-мл. - М.: Прогресс-Наука, 1992. - 686 с.

2. Ставицкий А.В. К вопросу о мифотворчестве в истории // Материалы Научной конференции «Ломоносовские чтения» 2005 года и Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2005» / Под ред. В.А.

Иванова, А.В. Кезина, В.И. Кузищина, Н.Н. Миленко. - Севастополь: НПЦ «ЭКОСИ - Гидрофизика», 2005. - С. 203-205

3. Ставицкий А.В. История и миф: к вопросу об их взаимодействии и соотношении // Актуальные проблемы гуманитарного образования в современных условиях: Материалы региональной научно-методической конференции . сборник научных трудов / Сост. А.Н. Баранецкий, А.И. Коваленко, О.Л. Морева, А.В. Ставицкий, - Севастополь, 2005. - с. 145-150.

4. Как «разжаловали» Крым. Беседа с народным депутатом РСФСР, председателем комиссии по самоуправлению В.А. Сердюковым // Слава Севастополя, 1990. - 29 августа.

5. Пулатов Т. Всем миром - помочь братьям // Дружба народов, 1988. - №12; «Московские новости», 1989. - 9 апреля; сб. «СССР: демократический диагноз» М., 1990, - с.512 - 520.

6. Амит Э. Никто не забыт и ничто не забыто // Звезда Востока, 1989. - №9, с.101 - 115.

[с. 83]

7. Крымско-татарские формирования: документы Третьего рейха свидетельствуют // Военно-исторический журнал, 1991. - №3. С.89-95.

8. Крым многонациональный / Сост. Н. Г. Степанова. - Симферополь: Таврия, 1988. - 144 с. - (Вопросы - ответы; Вып.1).

9. Московские новости, 1990. - 14 октября.

10. Чикин А.М. Ахиллесова пята // Российская Община Севастополя, 2004, № 2-6.

11. Крым в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. / Сост. В.К. Гарагуля, И.П. Кондранов, Л.П. Кравцова. Симферополь: Таврия, 1994. - 208 с. - (Вопросы - ответы: Вып.4).

12. Сообщение ТАСС // Известия, 1987. - 25 июля.

13. Манштейн Э. Утерянные победы / Эрих фон Манштейн: Перевод с нем. - Ростов н/Д: изд-во «Феникс», 1999. - 640 с.

14. Романько О.В. Мусульманские легионы во Второй мировой войне / О.В. Романько. - М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Транзиткнига», 2004. - 312 с.

15. Басов А. Крым: прошлое и настоящее // Аргументы и факты, 1988. - №33

16. Hoffmann J. Ostlegionen 1941-1943. Turkotataren, Kaukasier und Wolgafinnen im deutsche Heer. Freuburg: Rombach Verlag,1976.

17. Хриенко П. Татары Крыма: три проблемы парадигмы репатриации // Крымская правда, 2000. - 7 октября.

18. Решин Л. «...Русские пленные добровольно служить не идут...» Секретные документы вермахта и СС о формировании воинских частей из советских граждан // Известия, 1990. - 28 мая.

19. Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. Книга 2-я, М.: Воениздат. 1973. - 578 с.

20. Кара-Мурза С. Г. Антисоветский проект / С.Г. Кара-Мурза. - М.: Изд-во Эксмо, 2003. - 416 с. (Серия «Новейшая история»).

21. Сенченко Н.И. Общество истребления - стратегическая перспектива «демократических реформ» / Н.И. Сенченко. - К: МАУП, 2004. - 224 с.

22. Панарин А.С. Народ без элиты. / А.С. Панарин. - М.: Изд-во Алгоритм, Изд-во Эксмо, 2006. - 352 с.

23. Затянувшееся возвращение // Слава Севастополя, 1991. - 18 июля.

24. Ставицкий А.В. Некоторые проблемы политической мифологии в международных отношениях второй половины ХХ века // Вестник СевГТУ. Вып. 17: Философия и политология: Сб. науч. тр.; Севастоп. Гос. техн. ун-т. - Севастополь, 1999. - С. 99-113.

25. Удовик С.Л. Глобализация: семиотические подходы / С.Л. Удовик - М.: «Рефл-



Ставицкий А.В., канд. филос. наук

http://www.anti-orange-ua.com.ru/index.php/content/view/1822/42/
_________________
Sevdig

"Единственное, что требуется для триумфа зла - это, что бы хорошие люди ничего не делали."
(Э.Берг)
Савилов В.Н.
Адмирал
Адмирал




Пришёл: 15.02.2005
Сообщения: 5072
Откуда: Севастополь
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Ср, 26.03.2008, 12:54             цитировать    

И снова информация от уважаемого Игоря Васильевича Пыхалова.


Документы о депортации крымских татар и их публикация в яковлевском сборнике


Пару лет назад был издан очередной яковлевский сборник:
Сталинские депортации. 1928–1953 / Под общ. ред. акад. А.Н.Яковлева; Сост. Н.Л.Поболь, П.М.Полян. М., 2005.

На с.496 в нём приводится текст письма Берии Сталину от 10 мая 1944 года с предложением о выселении крымских татар. При этом в опубликованном тексте имеются две купюры, отмеченные многоточиями.

На прошлой неделе, будучи в ГАРФе, я посмотрел непосредственно сам документ. Итак, вот его текст. Фрагменты, опущенные яковлевцами, выделены жирным шрифтом.

Цитата:
10 мая 1944 [года]
№424/б

Государственный Комитет Обороны
товарищу СТАЛИНУ И.В.

Органами НКВД и НКГБ проводится в Крыму работа по выявлению и изъятию агентуры противника, изменников Родине, пособников немецко-фашистских оккупантов и другого антисоветского элемента.

По состоянию на 7 мая с.г. арестовано таких лиц 5.381 человек.

Изъято незаконно хранящегося населением оружия: 5.395 винтовок, 337 пулемётов, 250 автоматов, 31 миномёт и большое количество гранат и винтовочных патронов.

Кроме того, оперативно-войсковыми группами НКВД собрано и сдано в трофейные части значительное количество брошенного оружия и боеприпасов.

Следственным и агентурным путём, а также заявлениями местных жителей установлено, что значительная часть татарского населения Крыма активно сотрудничала с немецко-фашистскими оккупантами и вела борьбу против Советской власти.
Из частей Красной Армии в 1941 году дезертировало свыше 20 тысяч татар, которые изменили Родине, перешли на службу к немцам и с оружием в руках боролись против Красной Армии.

Немецко-фашистские оккупанты, при помощи прибывших из Германии и Турции белогвардейско-мусульманских эмигрантов, создали разветвлённую сеть так называемых «татарских национальных комитетов», филиалы которых существовали во всех татарских районах Крыма.

«Татарские национальные комитеты» широко содействовали немцам в организации и сколачивании из числа дезертиров и татарской молодёжи татарских воинских частей, карательных и полицейских отрядов для действий против частей Красной Армии и советских партизан. В качестве карателей и полицейских татары отличались особой жестокостью.

На территории Крыма немецкие разведывательные органы, при активном участии татар, проводили большую работу по подготовке и заброске в тыл Красной Армии шпионов и диверсантов.

«Татарские национальные комитеты» принимали активное участие вместе с немецкой полицией в организации угона в Германию свыше 50 тысяч советских граждан; проводили сбор средств и вещей среди населения для германской армии и проводили в большом масштабе предательскую работу против местного нетатарского населения, всячески притесняя его.

Деятельность «татарских национальных комитетов» поддерживалась татарским населением, которому немецкие оккупационные власти предоставляли всяческие льготы и поощрения.


Учитывая предательские действия крымских татар против советского народа и исходя из нежелательности дальнейшего проживания крымских татар на пограничной окраине Советского Союза, НКВД СССР вносит на Ваше рассмотрение проект решения Государственного Комитета Обороны о выселении всех татар с территории Крыма.

Считаем целесообразным расселить крымских татар в качестве спецпоселенцев в районах Узбекской ССР для использования на работах как в сельском хозяйстве — колхозах и совхозах, так и в промышленности и на строительстве.

Вопрос о расселении татар в Узбекской ССР согласован с секретарём ЦК КП(б) Узбекистана т. ЮСУПОВЫМ.

По предварительным данным, в настоящее время в Крыму насчитывается 140–160 тысяч татарского населения.

Операция по выселению будет начата 20–21 мая и закончена 1-го июня.

Представляю при этом проект постановления Государственного Комитета Обороны, прошу Вашего решения.

Народный комиссар внутренних дел
Союза ССР
(Л.БЕРИЯ)

(ГАРФ. Ф.Р-9401. Оп.2. Д.65. Л.41–43)


Но это ещё не всё. Далее составители сборника публикуют сам текст постановления ГКО (с.427–499). При этом тексте упоминаются два приложения:

«Для организации питания спецпереселенцев в пути выделить Наркомторгу продукты в количестве, согласно приложению №1»

«Обязать Наркомзаг СССР (т. Субботина) выделить в распоряжение СНК Узбекской ССР муки, крупы и овощей для выдачи спецпереселенцам в течение июня-августа с.г. ежемесячно равными количествами, согласно приложению №2»

Сами приложения яковлевцы не публикуют. Непосвящённый читатель может подумать, что это вызвано чисто техническими соображениями — дескать, зачем публиковать многостраничные простыни. Однако как выяснилось, оба этих приложения отличаются чрезвычайной краткостью. Судите сами:

Цитата:
Приложение №1
к постановлению ГОКО №______
от _________________ 1944 года

Ведомость
выделения продуктов Наркомторгу СССР для питания
спецпереселенцев в пути следования

Наименование продуктов Количество в тоннах Поставщики
1. Муки 900 Наркомзаг
2. Крупы 160 «
3. Мяса 90 НКМясомолпром
4. Рыбы 90 Наркомрыбпром
5. Жиров 26 НКПищепром

Примечание: Составлена из расчёта суточной нормы на человека:
хлеба — 500 гр.
мясо-рыба — 70 «
крупы — 60 «
жиров — 10 «

(ГАРФ. Ф.Р-9401. Оп.2. Д.65. Л.49)

Приложение №2
к постановлению ГОКО №______
от _________________ 1944 года

Расчёт
выделения продуктов для спецпереселенцев

№№ Наименование республик Наименование продуктов и их количество в тоннах
пп. и областей Мука Крупа Овощи
1. Узбекская ССР 4080 1020 4080

Примечание: Норма на 1 человека в месяц: муки — 8 кг, овощей — 8 кг и крупы 2 кг.

(Там же. Л.50)



Таким образом, причина непубликации этих приложений совсем другая. Выясняется, что выселяемым крымским татарам в пути следования ежедневно полагалось 500 г хлеба и ещё 70 г мяса/рыбы. Этот факт как-то не очень вписывается в картину невыносимых страданий невинных жертв депортации, которую так любят рисовать завыватели и обличители.

В общем, команда Яковлева в очередной раз подтвердила свою высокую репутацию честных и беспристрастных исследователей.


И говоря о норме питания в день на человека, хочу предложить Вашему вниманию нормы питания в РККА
http://www.rkka.ru/handbook/tyl/norms.htm А про нормы питания в Лениграде вообще молчу...

С уважением, Владимир
_________________


А вот хрен им, а не Россия, даже если по нас пройдут (с.)
И.Кошкин "Когда горела броня"
Kraft
Капитан-лейтенант
Капитан-лейтенант



Возраст: 38
Пришёл: 09.02.2008
Сообщения: 923
Откуда: Оружейная столица России
Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Ср, 26.03.2008, 04:55             цитировать    

Читал по этому вопросу мемуары Рефата Аппазова "Следы в памяти и в сердце", кстати очень интересная книга, написана спокойно и относительно честно. Так из его мемаров у меня также сложилось впечатление, что не всё однозначно было при переселении татар. И уж никакого геноцида не было однозначно.
tetris
Старший матрос
Старший матрос




Пришёл: 09.03.2008
Сообщения: 73

Личное сообщение
Профиль      

Прямая ссылка на это сообщение Пн, 05.05.2008, 07:16             цитировать    

Почему депортировали из Крыма крымскотатарский народ 18 мая 1944 года?

Все дальше и дальше уходит от нас война, страшная и кровавая. Все меньше и меньше остается живых свидетелей и участников тех событий.

Известно, что история участия крымских татар во Второй мировой войне подвергалась фальсификации, согласно которой все крымские татары оказались предателями, изменниками. Ложное обвинение в предательстве целого народа не имело под собой почвы. Это было сделано для оправдания сталинской политики депортации и геноцида по отношению к крымскотатарскому народу по принципу «нет народа – нет проблем». 22 апреля 1944 года руководители НКВД СССР Б. Кабулов и И. Серов в записке на имя Л. Берии утверждают, что всего призвано в Красную Армию 90 тысяч человек, в том числе 20 тысяч крымских татар дезертировали в 1941 г. из 51 армии при отступлении ее из Крыма. Обосновывая решения о выселении целого народа, Сталин и Берия оперировали цифрами о предателях, пленных, дезертирах со стороны крымских татар, выдуманными командующими армий в Крыму для отвода начальственного гнева от своих голов.
С началом войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года объявляется мобилизация военнообязанных, родившихся с 1905 г. по 1918 г. включительно. Естественно, мобилизованы были и крымские татары. В Крымской АССР объявлялось военное положение наряду со многими регионами страны.
Директивой ставки ВГК № 00931 от 14 августа 1941 года был образован фронт с непосредственным подчинением Верховному главнокомандованию. Командующим фронта был назначен генерал-полковник Кузнецов, его заместителем — генерал-майор Батов.
Советские дивизии не выдержали фашистского удара на Перекопском рубеже и пропустили вражеские войска 11 армии под командованием генерала пехоты Манштейна в Крым. Дивизии были полностью разбиты, а большая часть бойцов попала в плен. Поражение Красной Армии было сокрушительным, и перед командованием встала проблема поиска козлов отпущения. Командованию фронта было выгоднее списать поражение на группу «предателей нацменов», а не признать собственную вину в происшедшем. Такому восприятию татар не помешало и то, что 172 дивизия, состоявшая преимущественно из крымских татар, проявила чрезвычайное упорство и была почти полностью уничтожена в боях. 11 немецкая армия разбила три дислоцированные в Крыму советские армии (51, 44, приморскую), несмотря на тотальное превосходство последних в людях и технике. В результате уже зимой 1941 года из состава советских войск, дислоцированных в Крыму, были выведены около 2000 бойцов татар, которых перебросили на другой конец фронта, под Ленинград, где все они погибли.
В мае — июле 1942 года штабы нескольких разбитых советских армий бежали с полуострова в Тамань, бросив десятки тысяч своих солдат на произвол судьбы. Вновь в провале сражения командование Керченского фронта обвинило красноармейцев крымских татар.
Бывший командующий 51 армией генерал-лейтенант П. Батов вспоминал: «…51-я армия сформирована в начале октября 1941 года. Армия, созданная наспех, была плохо вооружена, плохо обучена, поэтому они и погибли… 172 дивизия (в основном состояла из крымских татар. — Л. Б.), первый раз погибла защищая город Мелитополь. В Севастополе пополнилась людьми и снова погибла. Под Сталинградом 172 дивизия в третий раз сформировалась под своим знаменем».
Воспоминания бывшего майора Вермахта Рюдигера фон Манштейна в книге «Солдат XX века» посвящены жизни отца Эрика фон Манштейна. Использованы личные архивы фельдмаршала. «…В октябре (имеется в виду 1941 г. — Л.Б.) в боях, продолжавшихся десять дней, армии удалось преодолеть Ишуньский перешеек, несмотря на численное превосходство противника. Порою казалось, что силы наступающих подразделений исчерпаны. Так, командир одной из особенно пострадавших дивизий в течение борьбы за прорыв дважды сообщал, что его полки находятся на пределе своих сил. Фельдмаршал Манштейн пишет: «Это был час, который, пожалуй, всегда наступал в подобных сражениях, час, когда решается судьба всей операции. Час, который должен показать, кто победит: решимость наступающего отдать все свои силы ради достижения цели или воля обороняющегося к сопротивлению…. Но эта борьба была бы бессмысленна, если бы командир не опирался на доверие войск и на их непреклонную решимость не отступить от намеченной цели». 28 октября 1941 года советская оборона была прорвана. Фашистами захвачено более 100 тысяч пленных, 450 орудий, 166 танков после победы на Перекопе и Ишуни.
26 декабря советские войска высадились на Керченском полуострове. Через день значительные советские войска высадились в Феодосии. Командир 42 армейского корпуса генерал-лейтенант фон Шпонек, оставленный для обороны с 46 пехотной дивизией, несмотря на приказ Манштейна остановить наступление советских войск, вынужден был по собственной инициативе отдать приказ об отступлении к Парпачкским позициям. Фельдмаршал Манштейн пишет: «Я отстранил Шпонека от командования, потому что не был уверен, что он способен был в то время справиться с критической обстановкой, сложившейся на Керченском полуострове». Советская армия, к сожалению, не смогла использовать свое временное превосходство и разбить 11 армию быстрой, смелой и глубокой операцией. Крымским фронтом, состоящим из трех армий, командовал генерал-лейтенант Козлов, членом Военного совета армии был Мехлис. Выдающиеся военачальники Советской Армии еще до войны были репрессированы и многие из них расстреляны. Война в случае поражения 11 армии могла бы пойти совершенно по другому сценарию. Немецкие войска, возможно, не дошли бы до Кавказа и Сталинграда. Генерал-лейтенант Гане фон Шпонек был снят с должности и отдан под суд. Фельдмаршал Манштейн пишет: «Положение 11 армии было таково, что перед высадившимися в Феодосии и приближающимися от Керчи силами противника практически открывался путь к жизненной артерии армии, единственному железнодорожному пути через Симферополь и Джанкой». Вернер Хоупт, офицер Вермахта в книге «Сражения группы армий «Юг» пишет: «В мае 1942 года планировалось наступление группы армий «Юг» в направлении Дона и Кавказа. Для этого надо было очистить Крым от советских войск. 11 армия, усиленная из Франции танковой дивизией, начала наступление 8 мая 1942 года. Пять немецких и румынских дивизий, а также танковая дивизия разбили три советских армии — 19 дивизий и 4 танковые бригады. К 22 мая 1942 года полуостров оказался полностью в руках немцев. Немецкими войсками было захвачено 169198 человек пленных, а также много боевой техники».
Готтлоб Бидерман, командир противотанкового расчета 1941-1945 гг., в книге «В смертельном бою» пишет: «… Германские войска сконцентрировали для наступления 1300 пушек, авиационный корпус генерала фон Рихтгофена. В составе 11 немецкой армии было 7 немецких и две румынские дивизии. Крепость Севастополь обороняли советские войска, общим числом превышая 100 тысяч человек. В оборонительных порядках с учетом береговой артиллерии находилось в общем 500 пушек и 2000 минометов. Очередное немецкое наступление началось 7 июня 1942 года… тяжелые бои за Севастополь и полуостров Херсонес происходили до 4 июля 1942 года… По приказу Сталина, если эвакуация становилась невозможной, советские воины должны были сражаться до последнего человека. Торпедными катерами было успешно эвакуировано небольшое число высокопоставленных командиров и комиссаров, включая бывшего командующего обороной Севастополя генерала Петрова… На одном только полуострове Херсонес во время боев было взято в плен 30 тысяч человек». Таким образом, немецкими войсками за период боев в Крыму с октября 1941 года по 4 июля 1942 года взято в плен 300 тысяч бойцов Советской Армии без учета пленных города Севастополя.
Что касается дезертирства из Красной Армии. Всего задержаны дезертиры за 3 года войны со второго полугодия 1941 г. по первое полугодие 1944 г. — 1 210 224 человека. В том числе: Крымская АССР — 479 человек, особые органы НКВД — 484478 человек, райисполкомы и органы милиции советской власти — 167 799 человек, Главное Управление по охране тыла — 16 561 человек…»
Справку составил и подписал заместитель начальника НКВД СССР по борьбе с бандитизмом капитан Л. Забоев в сентябре 1944 года. (Источник: ГА РФФР-9478, оп. 1, д. 137, л.1-2,15-16).
В телеграмме от 20.05.1944 года на имя Берии Кабулов и Серов пишут: «…В ходе выселения татар арестовано антисоветских элементов 1137 человек, а всего за время операции 5989 человек». В этих цифрах указано общее количество репрессированных людей различных национальностей.
По переписи 1939 года крымские татары составляли по ряду районов следующий процент от общего населения. Горные и предгорные районы Крыма были эпицентрами партизанского движения против фашистских оккупантов: Куйбышевский — 89,5%; Бахчисарайский — 55,7%; Балаклавский — 55%; Судакский — 70,3%; Ялтинский — 29,5%; Алуштинский — 63,1%; Акмолайский (Симферопольский) — 31,5%; Карасубазарский (Белогорский) — 42,1%.
В документе от 1948 года при подготовке Указа Президиума Верховного Совета РСФСР о переименовании населенных пунктов Крымской области были учтены сожженные и разрушенные в годы войны и не подлежащие восстановлению села. В документе указан перечень 182 сел, 99% которых имели крымскотатарские названия. Поэтому эти села и надо было переименовать. Из этого документа ясно видно, что самый большой процент населения, пострадавшего в этих селах, — это крымскотатарское население. Итак, за период боев в Крыму с октября 1941 года по 4 июля 1942 года немецкими войсками было взято в плен 300 тысяч человек красноармейцев (не считая тысяч пленных Севастополя).
К началу войны на западных границах СССР было сосредоточено около 5 миллионов воинов Красной Армии. За полгода войны 1941 года погибло, было ранено, попало в плен 5 миллионов воинов Красной Армии. В целом за годы войны в плен к фашистам попало 5 миллионов красноармейцев, из которых 3 миллиона погибли в плену.
Родина любит, когда ее защищают, но она зачастую равнодушна к своим защитникам. Власть от имени родины посылает на погибель лучших своих сынов, забыв при этом предать их тела земле.
Организационная структура Российской освободительной армии генерала Власова (любимчика Сталина, портрет которого печатался в центральных газетах 1941 года в период обороны Москвы. — Л. Б.) не могла не поразить — все до речной флотилии авиационные соединения. Даже издавались свои газеты. Огромный пропагандистский аппарат: всего на стороне Вермахта воевали свыше 1,5 миллионов граждан СССР.
С фронта вернулись около 11 тысяч военнослужащих Красной Армии крымскотатарской национальности. По указу от 26 июля 1946 года на родину в СССР вернулись: «власовцы-офицеры — 2423, сержантов — 9558, рядовой состав — 71606. Итого 83587 человек. Крымские татары, которые воевали против фашистов, потеряли родину — Крым. Власовцы, воевавшие на стороне фашистской Германии, вернулись на родину.
Имела место национальная чистка стратегически важного региона, а не наказание предателей. Последние точки над «i» ставит такой факт, что вместе с крымскими татарами были выселены и другие «не славянские» жители полуострова. В докладной записке Берии об этом сказано так: «С апреля по июль 1944 года была проведена очистка территории Крыма от антисоветского шпионского элемента, а также выселены в восточные районы Советского Союза крымские татары, болгары, греки, армяне и лица иностранного подданства». Другими словами, очистка от антисоветского элемента и выселение — это две разные вещи, не связанные между собой.
Из приграничных районов Грузии и Турции были выселены турки, курды, хемшилы, всего 94955 человек. При том, что Турция, несмотря на давление со стороны фашистской Германии, сохранила нейтралитет с СССР и не вступила в войну на стороне Верхмата, Грузия не была оккупирована фашистскими войсками, и в этих районах не было военных действий. Всего привлекалось к совместному выселению с основными контингентами 58 национальностей из Крыма и Кавказа.
Высокие потери солдат, а также мирных жителей дискредитируют первоначальные замыслы и идеи войны. Они оказываются похороненными под грудой погибших безвинных людей. Из освободительной армия становятся захватнической.
Черчилль неоднократно зимой 1945 года просил Рузвельта и Эйзенхауэра дать указание американским войскам быстрее двигаться на восток, взять первыми Берлин и перехватить у Красной Армии Германию, Чехословакию, Венгрию, Румынию. Черчилль боялся, что советская власть установит на этих территориях свое влияние. Американский генерал Брэдли ответил англичанам: «Я не могу уложить в землю сотни тысяч своих солдат. Если Вам надо, идите сами вперед и укладывайте своих солдат на полях сражений». Когда Красная Армия начала освобождать страны Европы от фашизма, Сталин требовал от командующих советскими фронтами любой ценой захватить как можно больше территорий Западной Европы, чтобы установить в этих странах режим власти, подобный в советском государстве. Эйзенхауэр вспоминает, как он спросил у Жукова: «Как вы смогли так быстро двигаться по территории Германии?». Маршал Жуков ответил: «Дело в том, что наша пехота шагает по минным полям, потери не больше, чем при артналете». Эйзенхауэр пишет: «Я представляю, что сказали бы наши военные в мой адрес при подобных методах наступления».
Ряд противоречий между Сталиным и Черчиллем на Потсдамской конференции трех государств летом 1945 года привел к энергетической и продовольственной блокаде Западного Берлина, которую установили по указанию Сталина. Американцы в ответ мобилизовали все транспортные самолеты для доставки продовольствия и всего необходимого для жизнедеятельности населения Западного Берлина. Симпатии населения Западной Европы отвратились от СССР и перешли к США. Так неверным решением Сталин заложил первый камень в фундамент железного занавеса и холодной войны.
Радость освобождения Крыма от фашистского порабощения обернулась для крымскотатарского народа национальной трагедией. День победы 9 мая 1945 года крымскотатарский народ встретил в спецпоселениях в Средней Азии, Сибири и Урала. 46,2 % крымскотатарского народа погибли в местах депортации от невыносимых условий жизни, болезней и голода. Тем временем сыны и дочери крымскотатарского народа самоотверженно сражались на всех фронтах Второй мировой войны. Более 25 тысяч человек пали на полях сражений. Погибло в оккупации 12 тысяч человек. Тысячи юношей и девушек были угнаны в Германию и Австрию. Эта трагедия народа, попранное детство, материнство, разум, совесть, дети, загнанные в спецпоселения, должны были полагать, что своей судьбой голодных, раздетых, бездомных они обязаны своим отцам. Это было сделано для того, чтобы дети возненавидели, отреклись от старшего поколения, от своего рода и имени. Это было сделано для того, чтобы обречь на национальное вымирание крымских татар как нацию. Правильно говорят, несмотря на истинные факты истории: каждый видит и слышит, что хочет видеть и слышать.
Остается добавить, что сегодня известны всему миру подлинные факты о причинах депортации миллионов людей со своей родины — Крыма и Кавказа не славянской национальности. Захват Советским Союзом проливов Босфор и Дарданеллы давал возможность СССР создать буферную зону для будущего социалистического лагеря. Зимой 1945 года на кораблях, а затем на плотах вдоль побережья были высажены сотни советских шпионов на турецкую землю. В ответ Турция пошла на союз с США. В результате чего вдоль побережья были сосредоточены войска Турции при поддержке США. Так что «холодная война» началась именно с этих событий, а не с речи Черчилля в Фултоне в 1946 г.
5 августа 1945 года в английское посольство Стамбула пришел советский дипломат (по совместительству советский шпион) Константин Волков. Он попросил 33 тысячи фунтов и английское гражданство. Взамен он обещал раскрыть имена десятков советских шпионов, в том числе семерых англичан, которые работали на Советы. Департамент английской внешней разведки возглавлял недавно назначенный Ким Филби (он-то и числился первым в списке дипломата), ему первому и поступило сообщение из английского посольства в Стамбуле. Ким Филби немедленно сообщил о факте предательства шпиона Волкова советской стороне. Затем Ким Филби выехал в Стамбул, чтобы якобы разобраться на месте. Вместо 16 часов он добирался до Стамбула около трех недель. Посещая в Европе с длительными остановками рестораны, казино, бордели и т.п., тем самым давая возможность советской стороне расправиться со своим сотрудником. Наконец, приехав в Стамбул, он зарегистрировался в гостинице под вымышленным именем и субботу, воскресенье провел на яхте английского посла. В понедельник Ким Филби позвонил по телефону атташе в Советское посольство и попросил соединить с Волковым, на другом конце провода ему ответили, что такой человек у них не работает. К. Волкова казнили, бросив его в топку в подвале на Лубянке.
Родиться в лоне многочисленного народа почетно. Но этот человек никогда в полной мере не поймет и не прочувствует проблему малочисленного народа, ибо познание этих проблем у человека начинается с молоком матери и всасывается в его кровь.
Эвакуированный беженец переносит не меньше жизненных лишений, чем депортированный, но чтобы понять депортированного человека, надо быть депортированным. Это чувство, состояние души, сколько бы ни прожил человек, он уносит с собой в могилу. Итоги войны порой бывают решающими для судеб наций. Эта тенденция сохраняется и сегодня. Примером тому судьба народов Югославии, Ирака, Афганистана. «Исключительного», «богоизбранного» народа нет — все люди и все народы избраны Богом. Право каждого государства и каждого народа сохранить свою независимость и контроль над своими богатствами. Самовосхваление своего народа неизбежно означает неполноценность иных наций. Никакое согласие между народами при таком мировосприятии невозможно. В нынешних условиях эта идеология может одномоментно уничтожить всю землю.

Лентун БЕЗАЗИЕВ.

http://www.goloskrima.com/?p=268
Sevdig
Адмирал
Адмирал



Возраст: 49
Пришёл: 02.04.2003
Сообщения: 4583
Откуда: Подземный Севастополь
Личное сообщение
Профиль      Сайт

Прямая ссылка на это сообщение Вт, 06.05.2008, 08:45             цитировать    

Москаль мені не земляк!

В заголовке — ничего личного! Так, цитата из знаменитого фильма Алексея Балабанова «Брат-2». Тем не менее речь пойдет именно о москале, то есть, виноват, о Москале с большой буквы М.



В прошлом начальник крымской милиции и постпред президента на полуострове, а ныне народный депутат Москаль выступил на днях с очередной экстравагантной инициативой. Геннадий Геннадиевич обратился в Симферопольский городской совет, Луганский областной совет, Луганский городской совет и Верховный Совет Автономной Республики Крым с настоятельной просьбой выделить средства и земельные участки в границах городов Луганска и Симферополя для сооружения монумента, посвященного увековечению памяти жертв, пострадавших от действий… «Русской освободительной армии» генерала Власова.

Как известно, на площади Советской в Симферополе уже стоит памятник жертвам бандеровцев, рядом с которым Геннадий Геннадиевич, по-видимому, и мечтает водрузить памятник жертвам власовцев! Конечно, эта инициатива — всего-навсего политическая провокация накануне 9 Мая. И конечно, Москаль рассчитывает на то, что и Симферопольский горсовет, и Верховный Совет Крыма ему откажут, а он потом попиарится на этом отказе. Собственно, Геннадий Геннадиевич так заранее и пишет: «Отказ в выделении земельного участка для установки монумента приведет к морально-политическим последствиям для депутатского корпуса Симферопольского городского совета, которые получат широкий резонанс среди общественности нашей державы».

Однако я на месте наших депутатов начинание Москаля поддержал бы!

Своей инициативой нардеп намекает на то, что у русских, дескать, тоже были свои предатели. Да, были, конечно, Геннадий Геннадиевич. Были, есть и, увы, будут, как у любого народа. Дело не в этом. Дело в отношении к предателям. Ни в России, ни в Крыму, ни в Донбассе власовцев никто не превращает в национальных героев. Их никто не реабилитировал и реабилитировать не собирается. К сожалению, на Украине отношение к своим предателям — бандеровцам — совсем другое. На Украине им присваивают звания героев и приравнивают к ветеранам Великой Отечественной войны.

А кроме того, мне очень нравится ремарка в «пояснительной записке» Москаля, в которой он аргументирует необходимость установки в Симферополе памятника жертвам власовцев. «Памятник будет посвящен также жертвам, пострадавшим от действий соотечественников, которые вместо защиты Родины ее предали и перешли на сторону врага, стали начальниками полиции, старостами городов, руководителями государственных учреждений и действовали от имени врага на оккупированной территории», — пишет Геннадий Геннадиевич и добавляет, что, дескать, в ряды Русской освободительной армии добровольно вступили и приняли участие в боевых действиях против бойцов Красной Армии на стороне фашистов около 1100 крымчан. Москаль думает, что это много!

Эх, Геннадий Геннадиевич!

Давайте действительно поставим этот ваш памятник и напишем на нем большими жирными буквами: жертвам власовцев и КРЫМСКИХ ТАТАР, «которые вместо защиты Родины ее предали и перешли на сторону врага, стали начальниками полиции, старостами городов, руководителями государственных учреждений и действовали от имени врага на оккупированной территории».

А ниже, если вам будет угодно, приведем другую научную статистику. По данным зарубежных (немоскальских) историков, в фашистских вооруженных силах в годы Великой Отечественной войны добровольно служили от 15 до 20 тысяч крымских татар. А сколько их было среди полицаев и старост, по-моему, точно даже не подсчитано. «Уже в октябре 1941 года, — писали английские ученые Диксон и Гейльбрунн, — для борьбы с партизанами немцы стали привлекать крымских татар, которые всегда враждебно относились к большевистскому режиму. Были сформированы так называемые татарские отряды самообороны (это название не напоминает вам название политической силы, к которой принадлежит народный депутат Москаль? — Автор.), которые оказали немцам большую помощь». Они выдавали места дислокации партизан фашистам, грабили партизанские продовольственные базы и уничтожали их живую силу.

24 мая 1942 года доблестных татарских вояк похвалил сам фюрер. Выступая в рейхстаге, он заявил в своей речи: «В частях германской армии, наряду с литовскими, латышскими, эстонскими и украинскими легионами, принимают участие в боях с большевиками также татарские вспомогательные войска… Крымские татары всегда отличались своей военной доблестью и готовностью сражаться… Вполне понятно, что они плечом к плечу стоят с солдатами германской армии в борьбе против большевизма».

Ну так что, ставим памятник жертвам крымских татар? А, Геннадий Геннадиевич?


http://time4news.org/index.php?option=com_content&task=view&id=2685&Itemid=31
_________________
Sevdig

"Единственное, что требуется для триумфа зла - это, что бы хорошие люди ничего не делали."
(Э.Берг)
Показать сообщения:   
Создать     Ответить на тему    Список форумов Севастополь.ws -> Общественно-политический Часовой пояс: GMT + 2
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 2 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB © 2001-2008 phpBB Group

© 1997-2008, Sevastopol.ws
Executed in 0.245 sec, 30 queries