Sevastopol.ws - вне границ, времени, расстояний...  Севастопольцам и гостям города...  Подземный Севастополь  Фотогалереи  Форумы  Страницы истории
     Информация о проекте
     Реклама у нас
     Обратная связь
 сделать стартовой  СЕВАСТОПОЛЬ  ПОДЗЕМНОСТИ  ФОТОГАЛЕРЕИ  ФОРУМ  ИСТОРИЯ
 НАВИГАТОР
  
     Крым в составе Российской империи
    Новейшая история
    Форум
     Галереи
 ПОИСК
 расширенный поиск
 Городские новости
 14 июня, 12:17
По Крымскому мосту прошёл первый железнодорожный состав

21 марта, 09:03
Пятилетие Русской весны в Севастополе

10 августа, 09:18
Нужны ли Севастополю дети?

18 июля, 07:38
Рабочие военного завода в Севастополе требуют отменить пенсионную реформу

15 октября, 06:40
В Крыму построят две ТЭС мощностью 940 МВт



 Вход для пользователей
Логин:

Пароль:




История >> Крым в составе Российской империи >> Крымская война 1853-1856 гг. >> Военная медицина




Военная медицина


Положение раненых в период обороны было исключительно тяжелым. По словам замечательного русского хирурга Н. И. Пирогова, "горькая нужда и медицинское невежество соединились вместе в баснословных размерах".

В Севастополе не хватало врачей, транспортных средств для доставки раненых в госпитали. Нередко они лежали на земле под открытым небом. В октябре 1854 г., чтобы "употребить все свои силы и познания для пользы армии на боевом поле", Пирогов с отрядами врачей выехал в Крым. В осажденном городе он нашел 2000 раненых, лежащих на грязных, пропитанных кровью матрацах, ожидавших по неделям медицинской помощи. Вслед за Н. И. Пироговым в Крым отправились три отряда сестер милосердия.

Сразу по прибытии сестры поступили в распоряжение Пирогова. Несколькими днями ранее Пирогов сообщил Главнокомандующему армией Меньшикову о прибывающей в Крым Крестовоздвиженской общины.

Госпитальное начальство откровенно выражало свое негативное отношение к прибывшим сестрам.

Уже с самого начала основными функциями сестер были перевязки, помощь во время операций, раздача лекарств, слежение за чистотой одежды и постельного белья раненых, за благоустройством госпитальных палат, раздача теплого питья и пищи, кормление тяжелораненых, моральное успокоение больных.

Второй отряд сестер Крестовоздвиженской общины, состоящий из 13 человек под управлением старшей сестры Марьи Меркуровой, прибыл на Южную сторону осажденного Севастополя 13 января 1855 года.

Незадолго до прибытия в Севастополь 2-го отряда сестер, Пирогов писал: "Не знаю каково им будет в Севастополе; здесь, в Симферополе, у сестер есть хорошая квартира и им дают экипаж, а в Севастополе им придется жить между самими больными в бараках, и ходить пешком в сапогах по грязи; некоторым из них это не покажется, но тут и видно будет, кто из них взялся за дело по призванию, а не из других видов." Здесь, в Севастополе, сестры подвергали себя не только опасности утопать в грязи севастопольского бездорожья и опасности заразиться смертельной болезнью, ухаживая за заразными больными. С сентября месяца Севастополь находился на осадном положении, считался первоочередной линией фронта. Солдаты и пушки союзной армии располагались не более в чем 1 км от города. Даже из окон севастопольских госпиталей был хорошо виден вражеский лагерь и все его передвижения. Как и задумывала Великая княгиня Елена Павловна, с приездом в Севастополь, работа сестер, действительно, проходила на полях сражения: Севастополь ежедневно подвергался обстрелу и бомбардировке со стороны союзной армии. Вот как описывает Пирогов условия севастопольской жизни: "Грохот, треск, дребезжание окон, шипение и свист в воздухе нам, жившим в Севастополе, слышались беспрестанно. Каждую ночь можно было видеть фейерверк из гранат и бомб, летавших по всем направлениям..."

Сразу же после приезда 2-го отряда сестер в Севастополь, Пироговым была предложена и произведена сортировка сестер по категориям обязанностей - на перевязывающих, аптекаршей и хозяек.

Перевязывающие сестры, их же еще называли дежурными сестрами, работали не только на перевязочных пунктах. "Они оказывали помощь врачам во время операций: хлороформировали оперируемых, следили за пульсом, производили пальцевое прижимание сосудов. О сестрах Бакуниной, Назимовой и Шимкевич говорили, что они сами могли бы делать операции, если бы им разрешили."

"Наконец, дежурные сестры обязаны непрестанно присутствовать и помогать (assistiren) у приема раненых, при перевязке, при операциях, и кроме того, постоянно днем и ночью, зорко наблюдать за освежением больничных помещений воздухом (ventilation) и за чистотою."

"Что касается до аптекаршей из числа сестер, то для хранения и распределения необходимейших, большей частью, сильнодействующих средств как, например, опиума, хлороформа, рвотного винного камня и т.п., избраны из сестер более образованные, которых легко можно было ознакомить как с названием, так и с главными действиями этих средств. Таким образом, теперь каждое госпитальное отделение в Севастополе, независимо от казенной аптеки, имеет под надзором сестер свой собственный запас самых употребительных врачебных веществ."

Сестры- хозяйки помимо вышеупомянутых обязанностей, занимались приготовлением кушаний, питья для раненых, раздавали им теплое питье- чай, кофе, бульон, вино. "Особливо в случаях перевода раненых, как часто бывает, из городских госпиталей на Северную сторону и оттуда далее, поручаемый сестрам-хозяйкам надзор за распределением кушаний и питей между больными оказывается весьма полезным, ибо иначе второпях перевозки, или вследствие злоупотреблений со стороны слуг, иной больной легко мог бы остаться без обеда."

Еще одна, важная на взгляд Пирогова, функция была поручена сестрам, которые участвовали в приеме и сортировке раненых. Из исторического отчета: "Уже давно известно по опыту как вредно оставлять деньги в произвольное пользование больных в госпитале. Злоупотребления разного рода суть неизбежные того последствия. С другой стороны в высшей степени важно для нравственного успокоения страждущих и умирающих, чтобы они могли передавать свою последнюю волю о распоряжениях касательно их собственности таким лицам, которые были бы в состоянии заслужить их доверие. Сделанное Пироговым распоряжение, что сестры должны хранить деньги солдат, вполне соответствует этим целям. Теперь уже находятся значительные суммы таких денег в руках сестер, которые все внесены в шнуровую книгу, с означиванием имени и полка тех, кому принадлежат. После смерти больных, если ими не оставлено завещание, деньги отсылаются обратно к начальнику штаба, с означиванием имени умершего. Таким образом, теперь, как хозяйство, так и нравственная сторона севастопольских госпиталей, по крайней мере тех, где Пирогов всегда сам находился, вверены сестрам и их надзору.

17 января из Петербурга в Севастополь прибыло 3-е отделение сестер, состоящее из 6 человек под управлением Екатерины Бакуниной.

В Севастополе Пирогов спас жизнь тысячам раненых защитников. Он впервые в мире применил в массовом масштабе анестезию, антисептическую обработку ран, гипсовые повязки. В докладных командованию Н. И. Пирогов требовал улучшения участи раненых, выделения транспортных средств, организации госпиталей и перевязочных пунктов. Пирогов принял на себя заведование главным перевязочным пунктом, который находился сначала в центре города - в здании Благородного собрания - затем был переведен в Михайловскую батарею на Северной стороне, а позже - в Николаевскую батарею.

Вместе с русскими медиками в Севастополе работали американские врачи. Они прибыли в Россию по приглашению российского правительства. Рекомендовали их известные политические деятели США того периода: экс-президент М. Ван Бурен, морской министр Дж. Доббин, бывшие посланники США в Санкт-Петербурге Дж. М. Даллас и Н. Браун. Из сорока трех американских медиков большинство прибыло в осажденный Севастополь, а также в госпитали Керчи и Симферополя. Американцев Кинга, Дрейпера, Турнипсида, Уайтхеда, Харриса и Макмиллана вначале разместили на Северной стороне, затем перевели на Николаевскую батарею. Стойко перенося тяготы военного времени, они работали с хирургом Пироговым, спасая раненых и больных защитников. Многие американские врачи заболели тифом. В Севастополе умер Х. М. Макмиллан, в Симферополе - Г. Кларк, Ч. А. Дейнинджер, Д. Джонс, А. Э. Маршел.

На Корабельной стороне перевязочный пункт размещался на батарее Павловского мыса. Там, под руководством профессора Киевского университета Х. Я. Гюббенета, самоотверженно боролись за жизнь защитников сестры милосердия А. П. Стахович, К. О. Будберг, М. Чупати, Е. Я. Фон-Вагнер - мать руководителя ноябрьского восстания 1905 г. лейтенанта П. П. Шмидта. "С геройством, которое сделало бы честь любому солдату", с исключительным мужеством переносили они тяготы и лишения в осажденном городе, день и ночь не отходя от больных и раненых, делали им перевязки, раздавали лекарства, помогали при операциях. Особенно тяжело приходилось сестрам в домах Гущина и Орловского, где располагались перевязочные пункты для самых тяжелых раненых. Сестры милосердия А. Травина, М. Григорьева, М. Голубцова и Е. Богданова делали там все, что могли для облегчения участи страдальцев. Среди тех, кто перенес "безропотно все труды и опасности и бескорыстно жертвуя собою для достижения предпринятой цели", были: Екатерина Грибоедова - сестра автора "Горе от ума"; Екатерина Бакунина - дочь сенатора, внучатая племянница фельдмаршала М. И. Кутузова,; баронесса Э. Лоде; артистка императорских театров П. Орлова.

В те дни Россия узнала о гражданском подвиге матросской дочери Дарьи, которая вошла в историю как первая русская сестра милосердия. 17- летняя девушка по имени Даша, жившая в Корабельной слободке в Севастополе, говорила своим соседям:

"- Скоро прольется солдатская кровь. Не могу я сидеть дома. Продам все, что есть, куплю лошадь и поеду за войском. Кому господь приведет, тому и помогу.

Даша продала отцовский ялик и сети, кур и 8-месячного борова- все, что можно было продать, чтобы купить у водовоза-грека его клячу весьма пожилых лет вместе с двуколкой и упряжью. Двадцативедерную бочку его она променяла на два крепких бочонка, не тяжелых для клячи, нажарила рыбы, напекла хлеба, собрала у себя и соседей разного тряпья для перевязки ран, уксус для обработки ран. Висевшая на стене отцовская бескозырка дала ей мысль переодеться юнгой, каких довольно было во флоте. Она перешила на свой рост широкую отцовскую матроску и шаровары, спрятала под бескозыркой свою золотистую длинную косу и, сделавши все, что могла, двинулась наконец, через долины речек Бельбека и Качи к роковой Альме.

Через казачьи пикеты пробралась, лихо держась, как самый заправский юнга, увязалась в хвост какого-то обоза, чтобы не очень бросаться в глаза. Но обоз остался около Качи, она же под покровом сумерек двинулась дальше и как раз накануне сражения добралась до войск.

Повозка Даши оказалась первым перевязочным пунктом в районе Альминского сражения. Фамилия Даши оставалась долго неизвестной. Только в 1984 г., удалось найти документы, проливающие некоторый свет на ее биографию. Даша родилась в 1836 г., рано потеряла мать. Далее, из рапорта генерал-адъютанта А. И. Философова (двоюродного дяди М. Ю. Лермонтова), узнаем, что она - дочь убитого в Синопском сражении матроса 10-го ластового экипажа Лаврентия Михайлова.

7 ноября 1854 г. император Николай I "всемилостивейше соизволил пожаловать ей золотую медаль с надписью "За усердие" на Владимирской ленте для ношения на груди и пятьсот рублей серебром. При этом было объявлено, что по выходе ее в замужество его Величество пожалует ей еще тысячу серебром на обзаведение".

Во время обороны Даша жила в полуразрушенном домике на Северной стороне города, в Сухой балке, вблизи батареи №4. Из архивных документов известно, что в июле 1855 г. Дарья Михайлова вышла замуж за рядового 4-го ластового экипажа Максима Васильевича Хворостова. Посаженным отцом на свадьбе был полковник П. К. Меньков. Предъявив князю М. Д. Горчакову свидетельства о вступлении в брак и о награждении, получила обещанные ей тысячу рублей. Вначале она купила трактир на Бельбеке, затем уехала с мужем в Николаев, но брак оказался неудачным. Вскоре вернулась в родной город и до конца своих дней жила на Корабельной стороне.

В первые же дни обороны многие севастопольские женщины последовали самоотверженному примеру Даши Михайловой. На перевязочных пунктах ухаживали за ранеными: сестра участника обороны штабс-капитана Амелунга - Луиза, дочь квартирмейстера Наталья Дергачева, Елизавета Михайлова, Дарья Ткач и Дарья Шерстоперова, Мария Григорьевна Петренко, умершая в Севастополе 25 ноября 1906 г. на 103-м году жизни, жена матроса 1-ой статьи 40-го флотского экипажа Елена Михайловна Кучер и многие другие - известные и безымянные.

К сожалению, сохранились единичные фамилии добровольных сестер милосердия- Елизавета Хлапонина, сестры Крыжановские- Екатерина, 17 лет, Васса, 15 лет и Александра, 11 лет; Лукерья Чечеткина. Сестра милосердия М. Петренкова получила сразу 4 медали за свои заслуги. Известно, что в 1905 году, в возрасте 101 год, она была сфотографирована для юбилейного альбома "Севастопольцы", изданного в Санкт- Петербурге.

Однако, первой в мире сестрой милосердия назвали англичанку Флоренс Найтингейл (1820 -1910). 5 ноября 1854 г. с 38 женщинами она прибыла из Великобритании в Турцию в госпиталь Скутари, где сделала невероятное для уменьшения смертности английских раненых и больных. В Крыму Ф. Найтингейл появилась 25 -26 апреля (7- 8 мая) 1855 г. Через несколько дней, заболев лихорадкой, вернулась в Турцию. Затем еще дважды приезжала в Балаклаву: в октябре 1855 г. и в марте 1856 г., покинув Крым навсегда 12 июня.

Другая добровольная сестра милосердия Прасковья Графова также по собственной инициативе приехала в Севастополь из Санкт- Петербурга, чтобы ухаживать за ранеными. Она прославилась тем, что избрала своим рабочим местом непосредственно поле сражения (солдатскую батарею) и прямо здесь перевязывала раненых. Только за 6 июня 1855 года она перевязала 180 раненых. Именно о ней, не зная ее фамилии, писал один солдат: "У нас на кургане (Малаховом) живет одна сестра милосердия, зовут ее Прасковьей Ивановной, а фамилии не знаю... Бой-баба такая, каких мало!.. Солдаты с радостью дают перевязывать ей свои раны... А как странно видеть под ядрами женщину, которая их несколько не боится..." Именно она оказала первую помощью смертельно раненному Нахимову. Прасковья Ивановна Графова погибла 8 августа 1855 года от разрыва бомбы. В этот момент она занималась перевязкой раненого.

Потепление, которое принесла начинающаяся весна 1855, означало активизацию боевых действий. Русская армия увеличила количество ночных вылазок в лагерь союзников. Это означало появление большого количества раненых. Особенно тяжелым для врачей и сестер выдался день 10 марта, когда из-за большого числа раненых " уже ни доставало ни рук, ни врачей для производства операций."

Причиной острой нехватки врачей в марте 1855 была возросшая эпидемия тифа. Почти половина врачей и фельдшеров были поражены тяжелой болезнью. Каждый врач из тех, кто в состоянии был работать, должен был взять под контроль 400 раненых; каждая сестра перевязывала сто тяжелораненых при помощи одного фельдшера. Дело это было крайне не легким.

Как и прежде, в марте сестры были распределены по всем перевязочным пунктам и госпиталям Севастополя. Еще в январе, здание главного перевязочного пункта, располагавшегося в Дворянском собрании, по приказу Пирогова было полностью освобождено от раненых и оставлено на 6 недель для вычищения и проветривания. 10 марта оно вновь заполнилось до отказа.

В здании Дворянского собрания в те дни дежурила сестра Екатерина Бакунина и сестры 2-го и 3-его отделений, которые, по свидетельству очевидцев, " день и ночь не отходя присутствовали помогали при операциях и перевязках, укладывали оперированных, раздавали питье и лекарство и тщательно наблюдали за всеми переменами."

В Инженерном доме располагались трудно ампутированные раненые. Работу сестер здесь постоянно возглавляла сестра Александра Травина; "имея под руками меньшее число раненых, она могла лучше познакомиться с каждым из них, наблюдая тщательно за ходом ран и за перевязкою." В других двух домах- Гущина и Орловского- располагалось отделение гангренозных и безнадежных больных. Здесь работали помощник Пирогова лекарь Калашников и сестры Марья Григорьева, Елисавета Богданова и Матрёна Голубцова.

Служба сестер в этом отделении считалась самой трудной и самой неблагодарной, требующей большого самоотвержения и крепкого здоровья- это уход за страдальцами, раны которых испортились от антонова огня, или состояние которых сделалось не только безнадежным, но и вредным для других.

28 марта 1855 из Петербурга в Севастополь прибыло 4-е -отделение сестер, состоящее из 19 человек. Руководила отделением сестра Екатерина Будберг. Не успели сестры ввести в курс дела вновь прибывших коллег, как со стороны лагеря союзников началась сильная канонада.

В ходе мартовской бомбардировки русская армия потеряла около 6 000 человек убитыми и ранеными. С этого времени деятельность сестер Крестовоздвиженской общины сосредоточилась преимущественно на главном перевязочном пункте в Дворянском собрании, куда в несколько дней были снесены тысячи тяжело раненых.

"Старшая сестра 2-ого и 3-его отделений Екатерина Михайловна Бакунина отличалась своим усердием. Ежедневно днем и ночью можно было ее застать в операционной комнате в качестве ассистента на операции; в это время, когда бомбы и ракеты то перелетали, то не долетали и ложились кругом всего Собрания, она обнаружила вместе со своими сообщницами присутствие духа, едва совместимые с женскою натурою и отличавшие сестер до самого конца осады..."

К сентябрю 1855 под началом Пирогова создается специальное транспортное отделение сестер Крестовоздвиженской общины, руководительницей его назначается Екатерина Бакунина

Сестрам, отправлявшимся в путь, выдавался достаточный запас перевязочных средств, медикаментов, чая, кофе, сахара и белья. Очевидцы рассказывали как "в позднюю осень, сестры, одетые в нагольные тулупы, в больших сапогах, по колено в топкой грязи следовали за транспортами, ходя от одной телеги к другой и согревая озябших вином; на ночлегах они поили их теплым чаем и кофе..."

Обязанности сестер транспортного отделения весьма трудны, хлопотливы и однообразны. Проводить целые дни и даже недели в холоде, сырости; вязнуть в грязи на просёлочных этапных дорогах; наблюдать за больными, рассеянными в этапных аулах, иногда на протяжении одной и более верст, не всегда имея достаточно средств помочь больным при внезапных переменах болезни; едва возвратившись назад, снова пускаться в знакомый путь- вот в чем состоит транспортная служба сестер. Нужно иметь крепкое здоровье, самоотвержение и постоянство нрава, чтобы совершать это дело милосердия, не громкое, не лестное для суеты, но существенно полезное для бедствующих больных. Сестры транспортного отделения обязаны замечать все недостатки и нужды больных, ведя журнал, который по возвращении они доставляют сестре-настоятельнице или предлагают на рассмотрение на комитет. Несмотря на краткость времени, сестры во время транспортов уже успели оказать многие услуги к улучшению быта транспортируемых больных. Проводя целые часы и ночи вместе с больными на этапах, они легче могли заметить некоторые упущения и способствовать их устранению."

Многие из женщин, ухаживающих за ранеными, не имели специального сестринского образования и даже официально не регистрировались как добровольные сестры милосердия. Многие из них так и остались безызвестными, не были представлены к награде. Хотя некоторые из этих женщин были ранены, остались инвалидами или погибли на солдатских бастионах, оказывая помощь раненым.

 О разделе

Севастополь от древнейших времен до наших дней. Исторические факты известные и нет, личности и события - всё, что осталось в памяти благодарных потомков.

 Наш опрос
Как вы оцениваете изменения в благоустройстве и градостроительсве Севастополя за последние 5 лет?





Отдано 72 голоса
Реклама у нас
Информация о проекте
© 1997-2022, Sevastopol.ws. Любая перепечатка без ссылки на сайт и коммерческое
использование материалов сайта без разрешения авторов запрещены.
Дизайн: MadWasp
Кодинг: Basil
Executed in 0.075 sec, 50 queries